Читаем Варварство полностью

Перелом открытыйне души, но уже сердца,ему не изреветься.Боитесь горячей крови?Наложите? Страха в штаныили хотя бы молчания швы.Я и так слышу, как бурлаки тянутваших связок сопрано меццо.Сегодня буду тапёром,выслушайте и вы мой каприз.Нравишься ли?Да, вдохновляешь,я бессилия контрабандист,расцарапаю ноты дочёрных клавиш.Женщина зашла и села в печёнках.Это хуже, чем в сердце.Она переигрывает увлеченноклапанами моего оркестра.Эй, ты, муза,своей музыкойсбиваешь с ритма:– Ко мне, милый!И я у стройной ноги. Тузик,выдрессированный и забитый.Женщина родила,женщина и погубитлюбовью, опьянением с марихуану.Улечу ли, как многие, на ракете девятиграммовойнедосягаемым спутником,я, прошедший ад Дон Кихота за доннойдо рая бездонного Дон Жуана.Излапайте меня, страницы книг,подшитые языком к позвоночнику.Я сочувствующий полупроводникк полуночному одиночеству.Завернитесь в ковёр шерстяных следов,разве вас когда-нибудь так гладили,чтобы руки напоминали вдохвдохновению, что украдено.

Лавочник

Люди улицы, срань господняперемешалась со сранью самих господ,каждый приспосабливается к ней сегодня,если вчера не сдох.Окуная голову в ванну искусства,распутывая клубок извилин,город впаривает мне чьё-то занудствоиз кирпича и глины.Мне бы без дома, без улиц, без людейлавочку,где на часах всегда без пятнадцати осень,где можно любить и творить беспорядочно,пока тебя не попросят.

Книга

Точка зрения там же, где точка опоры.Съела тьма стеклянные шторы,не на что оперетьсятолком,преодолевая одноимённый путь.С вываренным в свёклу сердцемготова стать шёлковой.Тьма, день ослеп от собственного тщеславия,моргают звёзды.До них докричаться не хватит никакого дыхания.Почти не дышу, словно экономлю воздухпоследнего свидания.Оглавление повести подтверждает бытиё,где повесть – всё остальное тело.Пролистайте меня ещё,я бы этого очень хотела.

Выходные в чужом городе

Я встряхнулся, встал и пошёл.Пепельное небо,окурки зодчества.Памятникам среди нас хорошобегать от одиночества.Припарковано светило,на солнцестоянке пусто и дорого.Луна: фонарь и охранникодного разлива.Я, пепел, в ожидании «скорого»шарю в своём кармане как карманник.

О любви

Окна расстёгнуты,глаза вытаращены,глотку сорвало лето.Сколько тащись – не вытащишьдень одного цвета.Сколько люби – не вылюбишьдо дна, до обложки женщину.Сколько хотеть – не выхотетьстервенную, нежнейшую.

Эйфелева игла

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэзия народов СССР IV-XVIII веков
Поэзия народов СССР IV-XVIII веков

Этот том является первой и у нас в стране, и за рубежом попыткой синтетически представить поэзию народов СССР с IV по XVIII век, дать своеобразную антологию поэзии эпохи феодализма.Как легко догадаться, вся поэзия столь обширного исторического периода не уместится и в десяток самых объемистых фолиантов. Поэтому составители отбирали наиболее значительные и характерные с их точки зрения произведения, ориентируясь в основном на лирику и помещая отрывки из эпических поэм лишь в виде исключения.Материал расположен в хронологическом порядке, а внутри веков — по этнографическим или историко-культурным регионам.Вступительная статья и составление Л. Арутюнова и В. Танеева.Примечания П. Катинайте.Перевод К. Симонова, Д. Самойлова, П. Антакольского, М. Петровых, В. Луговского, В. Державина, Т. Стрешневой, С. Липкина, Н. Тихонова, А. Тарковского, Г. Шенгели, В. Брюсова, Н. Гребнева, М. Кузмина, О. Румера, Ив. Бруни и мн. др.

Антология , Шавкат Бухорои , Андалиб Нурмухамед-Гариб , Теймураз I , Ковси Тебризи , Григор Нарекаци

Поэзия
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия