Читаем Варни-вампир полностью

вместе с рыданиями, он тихой и нежной речью попытался утешить ее измученную и напуганную душу.

- Моя милая Флора, не забывайте, что рядом с вами есть пылкое сердце, которое любит вас. Ни обстоятельства, ни время не в силах изменить мою привязанность к вам. И никакое зло на белом свете не сможет победить эту любовь, ибо она с высоты своих благородных чувств смеется над любыми бедами.

- Ах, Чарльз, не говорите так.

- По какой причине вы хотите заглушить голос искренней нежности? Я люблю вас, как могут любить лишь немногие. Почему же вы запрещаете мне говорить о чувствах, которые переполняют мое сердце?

- Нет, нет, молчите.

- Моя мечта, зачем вы говорите "нет"?

- О, Чарльз, ни слова о любви. Ваши признания терзают мою душу.

- Но я действительно люблю вас, Флора! И если мой язык, с его жалкой скудностью красноречия произносит какую-то фразу, то глаза расскажут вам целую историю, и любой мой поступок покажет миру, как сильно я вас люблю.

- Я не должна это слышать. О Боже, дай мне силы исполнить то, что я хотела сделать.

- О чем вы так пылко молитесь, Флора? И что вы хотели сделать? Но говорю вам сразу, если ваш план идет вразрез величию любви, то лучше забудьте о нем. Любовь - это дар небес. Это самый восхитительный подарок, который был дан земным существам. И небеса не помогут вам в отречении от того, что является важнейшей чертой человечества, спасающей нас от мира зла и порока.

Флора в отчаянии заломила руки.

- Чарльз, я знаю, что вас не переубедить. Я не оратор и не обладаю такой способностью выражать свои мысли, чтобы равняться с вами в споре.

- Но разве я спорю?

- Вы говорите о любви.

- Я не могу обуздать свои чувства.

- Да, да, вы уже упоминали об этом раньше.

- И повторяю вновь. Ведь прежде вам нравились такие разговоры. Не убеждайте меня в том, что вы настолько изменились.

- Я изменилась, Чарльз. Ужасно изменилась. Проклятье Бога пало на меня - не знаю, почему. Мне непонятно, какими словами или мыслями я навлекла на себя гнев небес, и все же... вампир...

- Не позволяйте страху довлеть над вами.

- Довлеть?! Он меня убивает!

- Флора, вы боитесь фантома, который, я надеюсь, получит позже свое логичское объяснение.

- Ну как же мне вас убедить? Я не могу и не смею быть более вашей невестой, пока такой ужасный рок висит надо мной. Если у этого события действительно есть какое-то логическое объяснение, которое было неправильно понято и извращено моей фантазией, то прошу вас, найдите его и спасите меня от отчаяния и сумасшествия.

К тому времени они вошли в беседку. Флора опустилась на скамью, закрыла лицо ладонями и горько зарыдала.

- Все ясно, - печально промолвил Чарльз. - Я понял, что вы хотели сказать. ,,

- Тогда выслушайте и остальное.

- Я буду терпелив, хотя и чувствую, что ваши слова будут рвать струны моей души.

- Я должна это сказать, - произнесла она дрожащим голосом. - Все то, что мы считаем добродетелью - религиозность, сострадание, справедливость взывает ко мне и требует, чтобы я освободила вас от клятв, которые вы дали при совершенно других обстоятельствах.

- Продолжайте, Флора.

- Я заклинаю вас, Чарльз, или помогите мне найти себя, или оставьте меня на волю рока, уготовленного небесами. И прошу вас, забудьте несчастную Флору.

- Говорите, говорите.

- Мне хочется верить, что вы будете любить меня по-прежнему, даже если мы больше не увидимся. Но лучше не вспоминайте обо мне и найдите себе другую девушку...

- Флора, вы не можете нарисовать себе такую картину. Эти слова идут не от сердца.

- Да.

- Вы же любите меня.

- Чарльз, не добавляете новые муки к тем, которые уже обосновались в моей душе.

- Ах, Флора, я бы вырвал из груди свое сердце, если бы добавил вам новую боль. Мне понятно, что девичья скромность опечатала ваши уста, запретив признаваться в любви. И я не надеюсь услышать от вас подобные слова. Но преданный вам человек доволен и тем, что видит истинную страсть в ваших удивительных и прекрасных глазах. Он может чувствовать ее в мелочах, которые для постороннего взора не имеют особого

значения. Однако когда вы предложили мне найти другую невесту, в моем трепещущем сердце возник вопрос: "А вы когда-нибудь любили меня, Флора?"

Эти слова пробудили вулкан эмоций. Какое же колдовство сокрыто в языке любви! И даже прежний румянец вернулся к щекам застенчивой девы. Она смотрела на него с такой любовью, что объяснения были не нужны. Их взоры сплетали кокон счастья.

Голос юноши затих, будто мелодия на самом изысканном пассаже. Флора сжала его ладонь в своих руках и с мольбой посмотрела в глаза молодого человека. По ее щекам покатились слезы.

- Чарльз! Мой милый Чарльз! - прошептала она. - Я люблю вас. Люблю.

- Тогда пусть печаль и злая судьба напрасно развевают немытые локоны, - вскричал юный Голланд. - Сердце к сердцу, рука об руку, мы бросаем им вызов!

С этими словам он воздел руки к небу, и в тот же миг раздался такой оглушительный гром, что даже земля, казалось, дрогнула на своей оси. Крик ужаса сорвался с уст Флоры, и она испуганно спросила:

- Что это было?

- Гром, - ответил Чарльз.

- Какой ужасный грохот!

- Но вполне естественный.