Читаем Варни-вампир полностью

Эта мысль была ужасной. Чарльз ходил по темной комнате взад и вперед, пока не осознал, что звук его шагов может не только показать хозяевам, насколько он смущен, но и помешать им спать. Приняв это во внимание, он сел в кресло и на какое-то время затих.

Его взгляд перешел на сплавившуюся свечу, и он понял, как долго терзал себя рассуждениями.

Пристыженный страхом, на который указывали такие раздумия, Чарльз решил пресечь их на корню и обратил свой взор на таинственный и ныне весьма интересный портрет. Картина действительно была хорошо нарисована, хотя он не знал, насколько точно она изображала человека, который позировал художнику. Лицо на портрете казалось, живым - оно будто отвечало на ваш взгляд и следило за вами глазами, когда вы переходили с места на место. При свете свечи этот эффект был еще более пугающим, и Чарльз, осветив портрет, заинтересовался его жизнеподобным видом.

- Такого мастерства я еще не видел, - произнес он вслух. - Как странно, что этот лик незнакомого мне человека следит за мной.

Он неосознанно помогал эффекту легкими взмахами свечи. От этих движений нарисованный образ выглядел таким живым и грозным, что не каждый человек, наделенный железными нервами, мог бы выдержать его пронзительный взор.

Чарльз продолжал рассматривать портрет. Он был словно очарован им и не мог отвести глаза от картины. Его заставлял смотреть на нее не страх, а тот предполагаемый факт, что портрет, наряду с художественными достоинствами, изображал человека, который после смерти обрел другое, ужасное существование. И именно это соображение приковывало Чарльза к месту.

- Теперь я узнаю это лицо при любых обстоятельствах, - прошептал он сам себе. - Каждая его черта отложилась в моей памяти, и я не ошибусь, если встречу человека, с которого писался портрет, изображенный на этой панели.

Чарльз повернулся в сторону, и его взгляд упал на стык двух декоративных дубовых пластин. Край панели с портретом показался ему немного поцарапанным. Возросший интерес заставил его подойти к картине и внимательно осмотреть это место. Было похоже, что в недавнем прошлом панель с портретом вынимали с того места, где она теперь находилась.

Как только эта идея, пусть даже и слабо обоснованная, овладела его умом, Чарльзу захотелось доказать ее правоту или ошибочность. Пытаясь выявить незамеченные ранее детали, он подносил свечу к портрету то так, то эдак, и чем дольше Голланд занимался этим, тем больше убеждался в том, что панель недавно вынимали. Очевидно, при ее извлечении небольшой кусок древесины отломился, о чем свидетельствовали свежий скол и едва различимая трещина. Они могли появиться только при попытке удалить панель с портретом - другой причины Чарльз не находил.

Он придвинул стул к стене, поставил на него свечу и начал ощупывать картину. Первое же прикосновение убедило его, что дубовая пластина крепилась в пазах не очень плотно. Он пока не знал, как извлечь ее, но решил, что обязательно сделает это.

"Интересно, что скрывается за ней, - подумал Чарльз. - Это старинный особняк, и вне всяких сомнений он строился в те времена, когда потайные комнаты и скрытые проходы по всему дому считались обязательными".

Им овладела мысль, что он может найти за портретом какой-то тайник или скрытый коридор, хотя вряд

ли кто-то стал бы размещать потайной ход на такой высоте от пола. Любопытство привело Чарльза в крайнее возбуждение. Он понимал, что не успокоится, пока не извлечет панель с портретом и не увидит того, что скрывалось за ней.

После того как картину установили на место, пазы для надежного крепления обмазали замазкой. Трещины, обнаруженные Чарльзом на ней, еще сильнее убедили его в том, что портрет недавно удаляли. Кроме того, он нашел одно место, где два небольших кусочка замазки вообще отсутствовали они, скорее всего, выпал и при извлечении панели из пазов.

Когда Голланд начал примериваться, как лучше снять портрет, в его дверь постучали. Он вздрогнул и замер на месте. До этого момента Чарльз даже не осознавал, в каком нервозном состоянии он находился. А стук был странным - один удар. Словно кто-то просил разрешения войти, но не желал привлекать внимание других обитателей дома.

- Войдите, - сказал Чарльз, припомнив, что не запер дверь. - Прошу вас, входите.

Ответа не последовало, однако через несколько мгновений раздался еще один тихий удар. Голланд вновь прокричал: "Войдите!", но, очевидно, кто-то ожидал, что дверь ему откроет хозяин комнаты. Во всяком случае, странный гость не спешил входить в покои Чарльза. Последовал третий удар. Голланд в этот момент подкрался на цыпочках к дверному проему, и как только раздался таинственный стук, он раскрыл дверь настежь.

Снаружи никого не было! Чарльз выбежал в коридор и огляделся по сторонам. В окна светила луна,

коридор просматривался до самого конца. Но он никого не увидел. Хотя Чарльз понимал, что искать кого-то в коридоре было абсолютно бессмысленно, поскольку он открыл дверь почти одновременно с ударом.