Читаем Вариант дракона полностью

Отвечая на вопрос о возможности отмены мной постановления о возбуждении уголовного дела, считаю, что это я мог сделать только после проверки материалов дела, как это требует ст. 116 УК РФ. Поскольку их в прокуратуре города не было, то и сделать этого я не мог. А если бы я это сделал, то мое постановление могла тут же отменить Генпрокуратура, но такой шаг еще больше бы поднял температуру в обществе, усилил бы противостояние политических сил вокруг этого вопроса, поэтому этого делать было нельзя. В заключение хочу сказать, что с точки зрения справедливого и конституционно обоснованного решения родился феномен, к которому никто не оказался готов. Поэтому в специальном законе надо выработать механизмы разрешения ситуации с Генпрокурором. По чьей инициативе, кто возбуждает уголовное дело о высшем надзорном лице государства, кто инициирует отстранение его от исполнения обязанностей, какие официальные структуры принимают решения, наконец, кто расследует дело? Ясно одно, что вам, уважаемые депутаты, такой закон надо принять скорее.

Мое же выступление было следующим:

— Уважаемые депутаты! Прежде всего разрешите поблагодарить вас за приглашение, за поддержку, за то, что моя судьба как Генерального прокурора и как человека для большинства из вас небезразлична. Думаю, что вы со мной согласитесь, что вопрос этот вышел уже за пределы личного и касается судеб российской законности в стране. Конечно, хочется сказать многое по поводу того беспредела, который устроили вокруг меня и моей семьи лица, чьи интересы я задел в своей работе, явные и пока еще скрытые коррупционеры всех мастей и ангажированные ими средства массовой информации. Но я прошу понять меня правильно, я не политик, я Генеральный прокурор, поэтому действую в правовом пространстве, в правовом поле и не могу применять те методы. которые в общем-то небезуспешно применяются моими противниками.

Именно поэтому, а отнюдь не из-за рекомендаций Олега Николаевича Сысуева, которые он недавно дал, намекая на то, что я не должен говорить лишнего, я хотел бы остановиться преимущественно на правовых вопросах, связанных с законностью возбуждения в отношении меня уголовного дела и отстранения от должности. Я также готов ответить на ваши вопросы.

Я утверждал ранее и продолжаю утверждать, что возбуждение в отношении меня уголовного дела и отстранение от должности, а также развернутая, как по команде, дискредитация в некоторых СМИ — это продолжение линии на оказание давления по противодействию следствию по ряду уголовных дел. Возбуждение этих дел повлекло вброс известной кассеты и попытку шантажа. С целью оказания давления на Совет Федерации последовало ее распространение среди членов верхней палаты парламента, а затем известная заказная трансляция по государственному телевидению. Сейчас происходит третий этап этой серии — мои стремления, несмотря ни на что, продолжить и активизировать расследование этих дел привели уже к мерам открытого произвола и уголовной репрессии.

Никогда прежде коррумпированное чиновничество не бросало такого наглого и открытого вызова органам правосудия, как это происходит на ваших глазах!

Ну а теперь собственно о правовой стороне вопроса, о возбуждении уголовного дела. По закону установлен специальный порядок возбуждения уголовного дела в отношении прокурорских работников. Он определен и в законе «О прокуратуре», и в Уголовно-процессуальном кодексе. Статья 42 «Закона о прокуратуре» устанавливает, что любая проверка сообщения о факте правонарушения, совершенного прокурором или следователем, возбуждение против него уголовного дела, производство расследования являются исключительной компетенцией органов прокуратуры. В моем случае все правовые нормы были просто растоптаны.

Во-первых, заместитель прокурора города Москвы не вправе был возбуждать уголовное дело в отношении Генпрокурора. В органах прокуратуры есть специально установленный нормативный порядок решения вопросов, какой прокурор в отношении какого может возбудить уголовное дело. Есть специальные нормативные документы — о них, правда, Сергей Иванович Герасимов рассказал, есть специальный приказ на сей счет, который регламентирует четко порядок. Ведь если мы пойдем по такому пути, то тогда, скажем, прокурор района, если не понравился ему его начальник, возбудит в отношении его уголовное дело и так далее, и будет вся вертикаль прокурорской власти разрушена. Возбудить уголовное дело в данной ситуации мог только исполняющий обязанности Генпрокурора России после освобождения или отстранения Советом Федерации Генпрокурора от занимаемой должности. Росинский и стоящие за ним люди превысили должностные полномочия, предусмотренного ст. 286 УК РФ. Я думаю, что по этому поводу нужно провести служебную проверку и результаты ее обнародовать.