– А вот сейчас борьба двух культур или двух цивилизаций, как вы говорите, это тоже происки проклятого ЦРУ?

– Знаете, один академик-паразитолог каждую лекцию начинал со слов: «Хотим мы того или не хотим, а черви в нас есть!» То же самое можно сказать о ЦРУ. Базы НАТО под Курском – золотой сон американских ястребов.

– А война двух культур – это надолго?

– Думаю, нет. Наши культуры так тесно связаны, переплетены, что пока не разорвать. К тому же, извините за прямоту, молодая украинская культура против зрелой русской – то же самое, что я, недужный, на ринге против Кличко.

…И о патриотизме

– Юрий, вот все говорят, что присоединение Крыма к России стало и таким актом окончательной реабилитации патриотизма в нашей стране…

– Да, патриотом в России теперь быть можно, хотя сама необходимость реабилитации патриотизма говорит, о чудовищной степени разгрома нашей государственности в 1990-е, тогда «либеральная жандармерия» могла устроить писателю тёмную за «вредное» отчизнолюбие. Кстати, в 1994 году я опубликовал у вас в «Комсомольской правде» статью «Россия накануне патриотического бума». Мне звонили и спрашивали: «Юра, ты спятил?»

– То есть, публицист Юрий Поляков сейчас без работы, да?

– Почему? Теперь надо следить, чтобы патриотизм не приватизировали те, кто разбогател на разворовывании и разоружении страны под чужие гимны и общечеловеческие лозунги. Они очень постараются патриотизм оглупить и обезобразить, чтобы потом снова объявить его «последним прибежищем негодяя». Но надеюсь, этого не случится, и патриотизм окончательно станет нашей национальной идеей.

– Теперь понятно, почему Путин снова вернулся в Кремль, да? Чтобы всё-таки вот эту задачу по реабилитации патриотизма выполнить?

– Ну, я не знаю, возможно… Я не настолько посвящён в механизмы власти…

– Вы же часто бываете в Кремле…

– Бываю. И знаете, заметил, что, начиная с 2001 года, звёзды на башнях Кремля становятся всё ярче, а у орлов растут крылья…

Золотое кружево страсти

– Юрий Михайлович, ваша повесть издана в 1998 году, сейчас, через 15 лет, появился фильм. Кажется, что многое вокруг изменилось, но всё-таки это кино рассказывает о наших современниках…

– В своё время повесть была воспринята как сверхсовременная. Много раз переиздавалась. И если её ставят через пятнадцать лет, это говорит о том, что она попала в разряд «долгоиграющих» книг. Сочиняя её в 1996—1997, я держал в качестве образца горьковского «Фому Гордеева». В сущности, мой Павел Шарманов и есть Фома Гордеев «лихих девяностых». При всём обилии фильмов про «бандитскую Россию», наше отечественное кино в том времени ещё не разобралось. Почему? Потому что, замышляя фильм, режиссёр должен читать настоящую современную отечественную литературу, а не продукцию «букервальда». Ещё желательно не думать при этом о «Золотом орле», «Кинотавре», а тем более – о «Нике». Восторг тусовки – серьёзное предостережение настоящему художнику.