Читаем В точке соприкосновения Москвы полностью

Еще одно воспоминание. Были драчуны, забрызгавшие фонтаном крови из носа стену 1 вагона. Они не замечали, как ударяли стоявших рядом пассажиров, прищемив молодую девушку к стенке вагона головой. Было больно и страшно, но никто из двоих и не думал ни извиняться, ни обращать внимание на происходящее помимо них, полностью поглощенные своим эго и болью от синяков. Это вселило отвращение к первобытности человека, который дерется с кем-то, к тому, как легко люди, лишенные самоуважения и уважения к другим, переходят границы и причиняют травмы. Это тоже было любопытное, хоть и болезненное наблюдение: вагон обманчив, ты не можешь полностью уйти в себя в любой его точке. Это приучило выбирать место и позицию для поездки заранее. И то, что стоит думать о своей безопасности чуть больше.

Нечасто ездят теплые, опрятно одетые семьи с ухоженными мамами и с маленькими детьми, по которым было видно, что их любят и о них заботятся. Один раз меня поразила безумная пара, где мускулистый невысокий мужчина гнался за рыдающей женщиной через проходы и вагоны, а она, замотанная в черный балахон, бежала вперед, не разбирая дороги и давясь плачем, пока толпа расступалась от них, как от прокаженных. Я попыталась задержать его, но стало понятно, что разница в физической силе слишком велика, и от моих попыток уцепить его за руку он отмахнулся как от назойливой мошкары. Но это привлекло внимание крупного детины, который погнался за ним, чтобы оттащить от женщины, вместо меня. Я стояла в потоке посреди толпы, удивленная собственной прыткостью и немножко грустная, что лишь один человек решил мне помочь, но и обрадованная, что не влипла в неприятную историю и, хотя бы, привлекла внимание. Однако что-то мне подсказывает, что жене этого человека стоит посочувствовать.

Были домогающиеся до школьниц безликие насильники – будущие или уже опытные. С извращенцами, трогающими девушек и женщин в разных местах без их согласия, разговоры вести противно и обидно. Я не побоюсь ввязаться в драку, но, если взвесить все за и против, повод для драки есть, а желания потом оправдываться ни за что – нет. Трудно объяснить, почему ты вдруг молча начинаешь ударять человека, особенно, если никто не видел, куда он совал тебе руки. Или объяснить, почему не кричишь: потому что на это нет сил, нет желания кричать, так как я – не жертва, я очень даже могу за себя постоять. И еще мне страшно, поэтому крик сам застрял в горле, и обидно, потому что никто не имеет права так меня трогать без согласия. Мужчины, как правило, чувствуя угрозу, могут недвусмысленно дать сдачи, без криков о помощи и потери времени, сразу за себя отомстив. Мне кажется, что это пример достойный подражания. А женщины почему-то должны были кричать, либо молча мучиться. Но эти времена уже миновали, и девочки больше не агнцы на заклание.

Однако, я сделала себе пометку, что, если ты одета красиво и не супер-обтягивающе или открыто, но тебя лапают, можно смело бить по рукам. На мой взгляд, можно хоть в очень коротких шортах прийти или обтягивающей футболке, но это все равно не означает, что я даю разрешение на прикосновения к своему телу. Но это мои собственные убеждения, и потому я добродушно отношусь как к тем, кто ходит, закутавшись в 7 слоев, так и к тем, кто забыл утром штаны одеть. Что-то мне подсказывает, что никто не должен спускать с рук такое обращение с собой, но, быть может, девочки боятся защищаться, так как боятся за свою жизнь? Просто мне уже давно надоело бояться постоянно за свою жизнь, и я решила бороться?

У людей есть полное право на самозащиту и отпор обидчикам, и не было раза, чтобы я им пренебрегла, с тех пор как я это осознала. А осознается это после долгого печального переживания первого приставания. После того, как к тебе пристают, мир становится на короткое время очень страшным и печальным местом, особенно если не хватило смелости или сил закричать, дать отпор сразу. Ведь никто не задержит его и не вызовет полицию – от тебя лишь отшатнутся. Такие случаи не часты, поэтому никто не посочувствует и просто не поймет, что случилось, если ты на месте не закатишь громкую и бессмысленную истерику насильнику, а на нее от страха и неожиданности в большинстве случаев нет никакой энергии. А извращенец очень быстро сбежит – они всегда быстро умеют бегать. Когда ты думаешь о своих делах и вдруг чувствуешь чужое прикосновение там, где его не должно быть, – это табу. Нельзя.

Ну, а если подумать про другие случаи непрошенного вторжения в твои мысли и чувства, то неизменными гостями этой рубрики являются попрошайки и барды с переносными музыкальными колонками. Если первые не вызывают сочувствия (только если у них не оторваны ноги), то артисты хотя бы что-то дают взамен своей просьбы пожертвования, поэтому ты часто даже можешь насладиться их творчеством. Они предлагают некий продукт: песни, танцы, музыку, стихи, жонглирование. Они трудятся, а не работают на сильного покровителя своим лицом. Мне раньше было жалко попрошаек, но теперь совсем нет.