Читаем В стране Оз (СИ) полностью

  И это не единственный тип фатализма, охвативший страну Оз. Другие, более флегматичные теории предполагали существование в результате какого-то нечестивого сгорания масел и углей. Даже сегодня некоторые крестьяне приписывают свою грязную участь дилетантизму Лурлины, королевы фей, пытающейся создать мир. А яйцеголовые, достаточно умные, чтобы страдать подагрой или глаукомой, утверждали, что жизнь - это мрачный эксперимент в области этики или жестокости, изобретенный Неназванным Богом. Но история о драконе была старше - настолько стара в народных знаниях, что у дракона не было имени. Освальд был псевдонимом театра: глубокая судьба всегда управляется из-за занавеса, от которого нас просят отвлечь наше внимание.

  Сегодня дракон Часов был инертен. Выброшенная куча окислительной технологии. Может быть, это маскировка? Освальд так часто казался полуживым существом, зловещим в своем очевидном чувстве импульса, решительным в своем отношении к неправильному и правильному. Голова дракона вращалась, как фара какого-нибудь велосипедиста, катающегося по коллежским дорожкам Шиза. Челюсти щелкнули в четырех разных положениях. Никто из них не улыбался. Когда это совесть улыбалась?

  - Он выглядит выцветшим, - довольно бодро заключила Рейна.

  - Рейна, немного меньше шума, - предложил Лев, - Нет смысла подсыпать соль на раны гнома.

  - Почему бы нам не поискать в Гриммуаре слова, чтобы разбудить его?

  - Не повредит, - сказал Бррр, - Я голосую "за".

  - Вдруг мы стали демократическим синодом? Вот что делает с тобой рождение детей? Напомни мне кастрировать себя ложкой из грейпфрута.

  Но с учетом того, через что пришлось пройти Илианоре, это замечание было легкомысленным, и, несмотря на свое расстройство, гном поймал себя на том, что.

  - Ах, ну да. Но я не обещаю играть по любому предложению глупой книги, волшебной или нет.

  Он достал "Гримуатика" из ящика, который открылся с хлопком, как будто ему не терпелось доставить книгу Рейне.

  - Чтение никогда не приносило мне пользы, при моей-то работе, - ворчал он.

  Илианора расстелила свою шаль на усеянной иглами земле, и мистер Босс бросил на нее книгу.

  - Мне не нравится прикасаться к Гриммуару, - сказала женщина, но Рейна опустилась на колени перед томом. Она положила руки на крышку, как будто хотела обнять эту штуку, и открыла большую крышку.

  - Это кажется странным. Как мох с сахаром в нем, - сказала она.

  - А ты выглядишь как сгусток без крема, - фыркнул гном, - Найди то, что тебе нужно найти, и снова закрой эту чертову штуку. Это заставляет меня нервничать. Эта книга не для таких, как мы, чтобы ее изучать. Мы всего лишь хранители.

  - Может быть, мир меняется, - сказал Лев, - и теперь все зависит от нас.

  Гном подавил себя, пока Рейна перелистывал верстовые столбцы. Сегодня каждая страница казалась сделанной из другого сорта бумаги. Разных цветов и плотности, просеянной и спрессованной с разнообразным мусором: тряпками и соломой, бечевкой и плавками. На взгляд Бррра, слова, написанные от руки, казались слишком крючковатыми и зазубренными, чужим языком, если не сказать - чужим алфавитом. Хотя его очки нуждались в обновлении. Иногда маргиналии казались вовлеченными в движение, плоскими маленькими театральными пьесами, играющими сами за себя. На других страницах одинокий портрет без подписи смотрел на него, его глаза двигались, когда страница поднималась, колебалась, оседала, закрывалась следующей.

  - Как мы вообще узнаем, что ищем? - спросил Лев.

  - Когда мы его найдем, - сказала Рейна. Достаточно просто.

  Бррр увидел это раньше, чем она. Они наткнулись на страницу, которая, казалось, была покрыта льдом или стеклом, по которой кружились рельефные узоры из инея и снежинок, чередуясь, как, по-видимому, делали шестеренки Часов, когда Часы были в порядке. Бумага сверкала искорками, как свет на снегу. Рейна сказала:

  - Это что, зима на воде?

  - Кто знает? - сказал Бррр, - Я не могу распознать текст, если только снежинки не являются их собственной прозой. Однако книга перестала сама собой перелистываться. В любом случае, похоже, это страница назначения. Девушка согласилась; она нетерпеливо обхватила страницу руками, словно хотела согреться зимним днем.

   - Где мои варежки? - пробормотала она почти про себя.

  Узоры из снежинок раздвинулись, как театральные занавесы, открывая темно-синий фон, который заполнял всю страницу, как ночное небо во время Лурлинариев. Звезды сияли в полночных чернилах.

  - Если это реклама занятий по формированию веры, милые клеточки, то я возьму спичку, чтобы поджечь всю эту чертовщину, - прошептал мистер Босс.

  - Заткнись, - вежливо сказал Бррр.

  Одинокая белая точка начала увеличиваться, как будто приближаясь с большого расстояния по небу. Это было похоже на что-то вроде снежного шара, такого типа, который Бррр видел в магазинах по праздникам. Может быть, пузырь со льдом? Идеальная хрустальная капля. Парящий. Он раздулся почти до краев страницы. Когда он остановился, они увидели, что шар был чистым, а внутри него была заключена сгорбленная фигура.

  "Z в O", - сказала Рейна.

  Они не могли точно сказать, кто это был.