– Зачем мне жить, если Вани нет? – неожиданно громко заявила Фирсова. – Требуете моего молчания? Предлагаете украшения мертвой Лары? Готовы разориться на квартиру? Не надо. Я хочу другое.

– Что? – перебил ее бизнесмен. – Говори, я выполню любой твой каприз.

– Оживите Ваню, – четко произнесла Фирсова, – поднимите моего сына из могилы.

Глава 14

Тамара чуть не плюхнулась на ковер. Ваня тоже умер? А с ним-то что случилось?

– Извини, Зина, я не Господь Бог, – буркнул Антон Евгеньевич, – могу предложить тебе только материальные блага.

– Оживите Ваню, – повторила Фирсова.

– Хватит, – сердито приказал бизнесмен, – не прикидывайся дурой. Забирай цацки и помалкивай! Не хочешь золота? Приобрету тебе недвижимость.

– Мне ничего не надо, – сказала кормилица.

– За каким… тогда шантажировать меня стала? – заревел Антон Евгеньевич. – Позвонила, про письма соврала!

– Нет в моих словах лжи, – отрешенно произнесла кормилица, – Ваняша с Женей постоянно общались, их послания у меня.

– Что? – взвизгнул Алферов.

– Дети часто не слушают родителей, считают себя умнее взрослых, скрывают тайны и умирают, – перебила его Фирсова. – Женя лгал вам, Ваня мне, и что получилось?

– …! – опять выругался Антон Евгеньевич, который на памяти Тамары никогда не употреблял нецензурных выражений.

– Пепел вам в сердце не стучит? – вдруг спросила Зинаида. – Не вспоминаете, как серое облачко улетает вместе с ветром? Может, он тоже был кем-то любим! Его до сих пор ждут!

– Женька Ваньке рассказал? – взвыл Антон. – Все, все… то есть! Фу!

В кабинете воцарилось молчание.

– Они никогда не расставались, теперь у всех есть компьютеры, – пояснила Зина, – в наше время нет необходимости лично встречаться. Я теперь знаю все! И адрес Роберта в том числе!

– Возьми, что пожелаешь! – закричал Антон. – Отдам без спора! Бизнес! Дом! Деньги. Только не…

– Дурак! – выпалила Зинаида. – Эгоистичный идиот, ты сыграл на благородных чувствах Ванечки, обманул чистого, наивного мальчика!

– Я не знал, что так получится, – бесконечно усталым голосом ответил Алферов. – Мы рассчитывали на быстрое завершение неприятностей, адвокаты работали, все шло как по маслу.

– Ты убил Ваню, – выдохнула Зинаида.

– Нет! Не смей произносить этот бред! – закричал Антон Евгеньевич.

– Нет, ты не сам воткнул в мальчика нож, но соблазнил его деньгами, пообещал учебу в американском университете, знал, на что нажать, чтобы Ванечка бросился из огня угли доставать, – сказала Зинаида.

– Господи, что ты хочешь? – заорал Антон Евгеньевич. – Выкладывай!

– Застрелись! – потребовала Зинаида. – Или повесься в туалете, отравись, выпрыгни из окна. У тебя руки в крови. Лишь в этом случае я промолчу.

– Ты сумасшедшая! – воскликнул Алферов.

– Что ж, Лариса тоже ум после смерти Жени потеряла, – напомнила Зинаида. – Матери детей пережить не могут. Я ставлю условие: ты заканчиваешь жизнь самоубийством, завещаешь все свои бабки сиротам, бедным, обделенным детям, не отдаешь ни копейки Роберту. Только в этом случае я молчу. Если выясню, что Роберт получил хоть грош…

Из кабинета раздался шум, грохот, женский визг. Тамара успела спрятаться в спальне хозяина. До ее слуха долетела нецензурная брань с лестницы, домработница кинулась на первый этаж, добежала до холла и услышала, как Антон Евгеньевич сказал:

– Успокоилась, сука? Сейчас отвезу тебя к метро. Можешь болтать на всех перекрестках про Роберта, никто не поверит. Попадешь в психушку.

– Я убью тебя, – спокойно произнесла Зина. – Уберу с лица земли, как кусок дерьма. Навсегда!

Входная дверь грохнула о косяк, во дворе заурчал мотор машины. Тамара, еле живая от испуга, пошла в кладовку за валокордином…

– Понимаете? – спросила она у меня. – А вскорости Антон Евгеньевич исчез вместе с огромной суммой.

– И вы молчали? – возмутилась я.

– Меня никто не спрашивал, – потупилась домработница. – Хозяин дал мне отпуск, купил путевку, отправил отдыхать. Меня не было в России. Когда он пропал, я каталась на слоне в Шри-Ланке. Антон Евгеньевич наутро после скандала с Зинаидой сказал мне:

– Тома, я голову сломал, ну что тебе на грядущий день рождения подарить? Очередную золотую цепочку? Так ты их не носишь. Денег? Не потратишь, на огороде зароешь. Поэтому я решил: ты поедешь в теплую страну за мой счет. Отлет сегодня ночью.

Тамара совсем не глупа, а день ее рождения был через полтора месяца. Но она поняла, что хозяину по какой-то причине нужно удалить горничную из дома, вот он и придумал поездку. Она изобразила бурную радость, пошла собирать вещи и в одиннадцать вечера уже сидела в авиалайнере.

– Понятно, – кивнула я, – раз вы были в отлучке, вас не опрашивали как свидетеля. Кто такой Роберт?

Горничная развела руками:

– Я слышала это имя впервые, его никогда никто не произносил.

– Про какой пепел вспоминала Зинаида? – пробормотала я. – Сомневаюсь, что Фирсова читала «Легенду об Уленшпигеле» [Шарль де Костер (1827 – 1879) – бельгийский писатель, наиболее известное его произведение «Легенда об Уленшпигеле».]. Там главный герой постоянно повторял: «Пепел Клааса стучит в мое сердце».