Читаем В Каталонию полностью

«Нельзя подпитывать зло злом…», – подумалось ей.

Творила ли она зло, соглашаясь на дорогой подарок? Она могла прямо сейчас купить заветный мини купер, и это никому не навредит.

«Это не было злом».

Или было?

С точки зрения не терпения и не смирения, её реакции вполне могли бы быть приписаны к негативным. Но не к злым. С точки зрения морали, она мыслила явно эгоистично и безалаберно, когда хотела заполучить материальную выгоду. о материальная сторона медали не давала Анне Черчиной покоя, как если бы не получив вознаграждения за труд, она грызла себя изнутри.

Чем были те вознаграждения и какой ценностью они для неё являлись, она могла бы расхваливать направо и налево.

Многостяжательные мысли теплились некой надеждой на осуществление задуманного, не желая и вовсе сравниваться с многозначительными моральными устоями , к которым юная девушка не привыкла, пытаясь на протяжении своей недолгой жизни просто соответствовать своему нынешнему поколению, обуреваемому эмоциями иметь всё сегодня и сейчас.

Но она не желала зла мальчику.

Конечно, она уже была в курсе всех последних новостей.

Ребёнок был не виноват в том, что случилось. И своим молчанием она могла его убить.

«Что было в голове у Кирилла Левина в эту самую минуту? Мог ли он обидеть мальчика?»

Ведь не убийство Касьяса, ни похищение ребёнка в планах не стояли.

Обналичиванием денег или покупкой машины Анна рисковала быть записанной в списки обвиняемых во всём этом хаосе последних событий.

Но только ли страх сесть в тюрьму и пойти соучастницей вереницы преступлений сражались с искушениями Анны?

Она не могла дать на это точных ответов. Но то, что совесть её обличала, скручивала изнутри и давила во всём признаться, она знала наверняка. Она спросила себя, стало ли ей легче после разговора со старцем в Оптиной пустыни, и ответ не заставил себя долго ждать. Было бы странным не признать того, что ей действительно полегчало после разговора с ним, и это не было похоже на разговор с подругой, которых она, впрочем, не имела. Это был разговор с мудрым человеком, который желал ей добра и покоя. И тот самый покой она обрела, признавшись в своей боли.

А окончательный покой решила обрести, всё же обратившись в полицию с признательными показаниями.

38.

Как бы ни просилась и ни рыдала Катя отправиться на поиски с полицией и спецгруппой, её уговорили остаться в пикапе.

– Вы кашляете так сильно. На вас нет лица. К тому же, вы будете только обузой в лесу. Уже совсем темно. Вы можете споткнуться, потеряться.

У всех своих ориентиры и обязанности. У нас нет времени следить ещё и за вами.

– Я обещаю вам найти и мальчика, и вашего мужа. С ними, наверняка, всё в порядке.

– А Виктор? – сглотнула слезу Ката.

Её глаза уже привычно были наполнены и блестели от избытка навалившегося отчаяния.

– Виктор знает, куда идет. Не исключено, что он уже рядом с сыном и скоро будет здесь, – отозвался на душевный порыв Антон.

От последних слов Кате стало легче. Она сжала в кулаке безмолвный мобильный, на котором то и дело проверяла время и наличие пропущенных звонков и смс. Но экран лишь скудно выдавал название сети оператора. Хорошо известное «абонент не доступен или находится вне зоны действия сети» уже не щемило и не раздражало. Оно стало привычным. Несмотря на то что при включении абонента в сеть оператор присылал соответствующее смс, Ката наивно полагала, что оператор мог и не успеть послать смс.

Она послушно пошла в пикап.

– Вот сборник японской этнической музыки. Моя девушка занимается йогой и неугомонно повторяет, что и то и другое помогают очищать её карму.

Робкий Евфратович подошел к «Хайлуксу» и наклонился, чтобы протянуть незапечатанный CD-диск через слегка приоткрытое окно.

Худые пальцы Каты подхватили сборник и послушно нащупали на плеере меню запуска.

Она улыбнулась младшему лейтенанту в ответ.

В салоне раздался ласкающий звук бамбуковой флейты, и на мгновение Ката прикрыла веки, чтобы настроиться на отдых, который был ей необходим.

Чарующие и реалистичные звуки природы наполнили салон теплотой и солнечным светом, помогли поверить в реалистичность звенящего ручейка и пение перепела. Неудивительно, что такая мелодичность и соотнесённость с природой помогали расслабиться телу и душе.

В машине работала печка, и Ката не заметила, как провалилась в наполненный звуками сон, манящий своей журчащей рекой и лёгким прикосновением тёплого ветра…

В это время начались поиски. Подъехали ещё пять человек. Другой помощи Антон с Михаилом не ожидали – многие были на выездах, а объявленный в связи с тёплой погодой период отпусков отнимал ещё добрый десяток помощников.

Сначала было решено добраться на машинах во все близлежащие участки так, чтобы свет фар и количество народу не спугнуло дачников и местных жителей. Для этого каждый был одет в гражданское и научен вести себя приветливо и дипломатично.

На дворе стоял вечер, в домах теплился свет и процент населения, ожидающий ужина и любимой программы передач, был велик.

По одному оперативники стучали в дома или звонили в приделанный для гостей и незнакомцев звонок или интерком на воротах.