Читаем Узник крови полностью

— Вы сняли у меня с души груз, сэр Николас. Однако же ваш дед, человек проницательный и практичный, включил в свое завещание определенные распоряжения касательно недвижимости, которая теперь переходит в полную вашу собственность. Ваш отец подал ходатайство о признании завещания недействительным, однако суды разных инстанций оставили его в силе. — Манро перебрал лежавшие на столе бумаги и нашел желтый пергамент. — Ага, его-то я и искал. Завещание вашего деда. — Он водрузил на кончик носа очки с серповидными стеклами и поискал взглядом нужную клаузулу. — «Завещаю мое шотландское поместье Данброути-Холл и лондонский дом на Болтонс-террас моему внуку Николасу Александру Монкрифу. Мой сын Ангус волен распоряжаться этой недвижимостью по своему усмотрению до его смерти, после которой она переходит в собственность моего вышепоименованного внука». — Мистер Манро положил завещание на стол. — Должен вам сообщить, что ваш отец воспользовался формулировкой «по своему усмотрению» и занял крупные суммы под залог этой недвижимости. Под поместье Данброути он получил миллион фунтов стерлингов, а под дом на Болтонс-террас чуть больше. По отцовскому завещанию, после утверждения последнего в суде эти деньги должны перейти вашему дяде Хьюго.

— Итак, несмотря на благие намерения деда, я в конечном итоге не получаю ни пенса.

— Не обязательно. Полагаю, у вас имеются законные основания подать в суд на дядю и вернуть деньги.

— Скорее всего, вы правы, мистер Манро, но я не стану оспаривать отцовское решение.

— Да будет так. Еще я должен вам сообщить, — продолжил Манро, — что ваш дядя Хьюго Монкриф готов освободить вас от этой недвижимости, а с нею и от обязательств по закладным.

— Вы представляете интересы дяди Хьюго? — спросил Ник.

— Нет, не представляю, — решительно ответил мистер Манро.

— В таком случае можно спросить, не хотели бы вы представлять мои интересы?

— Я был бы горд продолжить сотрудничество с семьей Монкриф.

— Как бы вы посоветовали мне действовать в сложившейся ситуации?

Мистер Манро отвесил легкий поклон.

— Предполагая, что вы можете обратиться ко мне за советом, я в ваших интересах принялся наводить справки. Выяснилось, что стоимость дома на Болтонс-террас в настоящее время составляет около трех миллионов фунтов. Что касается поместья Данброути, то мой брат, состоящий в местном совете, сказал мне, что Хьюго Монкриф недавно выяснял в муниципалитете, можно ли будет заручиться согласием отдела землеустройства на перестройку поместья под гостиничный комплекс, хотя ваш дед надеялся, что его передадут Национальному фонду Шотландии.

— Ваш брат смог установить стоимость поместья? — спросил Ник.

— По официальным каналам — нет, но он говорит, что аналогичная недвижимость продается сегодня примерно за три с половиной миллиона фунтов. Однако же вам не следует забывать о том, что обе недвижимости обременены закладными, каковые нужно обслуживать. Но не сомневаюсь, если вы пожелаете перезаложить поместье и дом, у вас не возникнет проблем.

— Вы проявили исключительную заботу о моих интересах, — сказал Ник. — Благодарю вас.

Манро выложил на стол несколько документов и произнес:

— Я бы попросил вас подписать эти соглашения, хотя у вас и не будет времени основательно ознакомиться с ними. Но раз мне придется действовать, пока вы завершаете… — Он замялся.

— Срок, — подсказал Ник.

— Совершенно верно, сэр Николас, — сказал поверенный и протянул ему авторучку.

— Я тоже написал один документ и хочу, чтобы вы его заверили, — сказал Ник, извлек из внутреннего кармана несколько листков линованной тюремной бумаги и вручил поверенному.

Паско впустил Ника в камеру в первом часу ночи, и тот удивился, что Дэнни еще не спит. Ник очень устал, но порадовался, что есть с кем поделиться новостями.

— Вы бы управились с Манро много лучше, чем я, — заметил Ник. — Начать с того, что вы бы вряд ли позволили моему дядюшке спокойно прикарманить такие большие деньги. — Он собирался пуститься в подробности разговора с поверенным, но внезапно остановился и спросил: — Чем это вы так довольны?

Дэнни слез с койки, сунул руку под подушку и вытащил маленькую кассету. Вставил в кассетник, что Бет прислала ему на день рождения, и нажал кнопку «Пуск».

На пленке был записан рассказ обо всех обстоятельствах убийства, затем голос Мортимера добавил: «Это случилось полтора года назад, но я каждый день думаю об этом парне. А Спенсера я предупредил, что как только приду в норму и смогу дать показания…» Пленка кончилась.

— Превосходно! — воскликнул Ник, но Большой Эл только буркнул в ответ.

Он всего лишь держался сценария Дэнни, который учитывал все пункты, необходимые Редмэйну для защиты.

— Мне предстоит каким-то образом передать пленку мистеру Редмэйну, — сказал Дэнни.

— Это будет не так уж трудно, — возразил Ник. — Отправьте в заклеенном конверте с пометкой «Юридический документ». Надзиратели не посмеют его вскрыть без твердой уверенности в том, что адвокат снабжает заключенного деньгами или наркотиками, а ни один адвокат не станет так рисковать.