Читаем Увечный бог полностью

  Седдик сел на землю и вытащил бесполезные вещички. Услышав про Икариас, поднял глаза, указал на бородатого: - Баделле, я его видел. В хрустальных пещерах под городом.

  Она поразмыслила, дернула плечом: - Значит, не призраки. Воспоминания.

  - Навеки замерзшие, - согласился бородатый, глядя на мальчика. Потом обратился к матери: - Адъюнкт, они нам не помогут. Поглядите на них - умирают, как и мы.

  - Жаль, что и мы им не поможем, - бросил второй мужчина.

  Мать колебалась. Наконец она кивнула, как бы признавая поражение.

  "Не так должно было быть. Чего я не замечаю? Почему ощущаю такую беспомощность?"

  Бородатый снова смотрел на Седдика. - Пошлите их назад в постели, Адъюнкт. Слишком это... жестоко. Солнце и жара...

  - Лостара...

  - Нет, я сам их отведу, Адъюнкт.

  - Отлично, капитан. Баделле, этот человек - Рутан Гудд - отведет вас назад.

  - Да, мама.

  Капитан присел на корточки, оказавшись наравне с Седдиком. - Эй, - проворчал он, - дай-ка, помогу собрать игрушки.

  Баделле вдруг задохнулась. Она смотрела, как Рутан и Седдик набивают рваный мешок. Что-то заставило Седдика поднять глаза. Взоры встретились.

  - Беделле? Что такое? Чего такого он сказал?

  Она пыталась вздохнуть, пыталась заговорить. По телу неслось что-то дикое, яростное. Упав на колени, она выхватила мешок из маленьких рук Седдика. Высыпала вещички и с обожанием на них уставилась.

  - Баделле?..

  - Седдик... эти штучки - это были игрушки!

  Он поглядел на нее и побледнел. Выказал обнаженное, измученное удивление. Лицо поплыло, было ясно, что он сейчас заплачет.

  "Прости. Я... забыла".

  Она видела, что внимание Седдика вернулось к коллекции разбросанных по земле вещичек. Он хотел коснуться одной - фигурки из сучков и перьев - но отдернул руку. - Игрушки, - прошептал он. - Они игрушки.

  Капитан встал и отошел от них. Темные глаза встретили ее взгляд, она различила ужас - и поняла. "Да, мы даже это потеряли". - Спасибо, Капитан, - сказала она спокойно. - Мы идем назад. Но... не сейчас. Можно?

  Он кивнул и увел остальных взрослых. Видно было, что они смущены и хотят задать вопросы... но никто не произнес и слова.

  Баделле встала на колени рядом с Седдиком. Уставилась на россыпь, ослабев от беспомощности. "Я... я не помню". Но когда она протянула руку, чтобы взять рукоять ножа или кинжала, когда заколебалась и поглядела на Седдика - тот просто кивнул, приглашая.

  ***   

  В тридцати шагах мучающийся под жаркими солнечными лучами Рутан Гудд стоял и наблюдал. С ним осталась лишь Адъюнкт. В нескольких резких, неуклюжих словах он объяснил, что тут произошло.

  Потом они молчали.

  Нечестно. Изо всех преступлений, виденных им за невообразимо долгую жизнь... "вот это превосходит все. Поглядеть в ее лицо. И на мальчика, когда она ему объяснила. Жалкая коллекция, носимая словно сокровище. Но разве это не сокровище?" Он утер лицо рукой и подал голос: - Мы говорили об убийстве богов со странным равнодушием, почти с пренебрежением - и что они нам явили? Адъюнкт, кто мы такие, если убиваем невинность?

  Вздох Таворы был прерывистым. - И на это найдется ответ.

  Он видел, как она принимает на плечи новую тяжесть, видел, с какой поразительной смелостью поднимает голову, как отказывается отвести взор от этой сцены - "два ребенка пытаются вспомнить, что значит "играть". Адъюнкт... не надо. Вы не вынесете еще большего..."

  Они повернулись, заслышав шум сзади.

  Т'лан Имасса. Рутан пробурчал: - Одна из наших дезертиров.

  - Ном Кала, - ответила пришелица. - Ныне на службе Падшего, о Старший.

  - Что вы хотите сказать? - спросила Тавора.

  - Адъюнкт. Вы должны пройти еще одну ночь. Здесь оставаться нельзя. Не сдавайтесь. Еще одна ночь.

  - Я намерена пройти столько ночей, сколько мы сможем.

  Ном Кала молчала, словно не находя ответа.

  Рутан Гудд откашлялся. - Ты не желаешь, чтобы мы сдавались. Понимаю, Ном Кала. Мы - последняя надежда Падшего.

  - Солдаты падают духом.

  - Им не важно поклонение Увечному Богу, - сказал он. - Они не хотят отдавать жизни ради непонятной причины. Смущение и нежелание ослабили дух.

  - Да, Старший. Но нужен еще одна ночной переход.

  - А потом? - требовательно спросила Адъюнкт. - Какое спасение ждет нас на заре?

  - Семеро от Мертвого Огня попытаются пробудить Телланн. Мы начали приготовления к ритуалу Раскрытия. Создав врата, мы пройдем в них, к месту, где есть свежая вода. Наполним фляги и принесем вам. Но нужен еще день.

  - Вас всего семеро, - возразил Рутан. - Против этой пустыни вас слишком мало.

  - Мы сумеем, Старший.

  Рутан склонил голову. - Как скажешь.

  - Мы сделаем. Прошу, сообщите солдатам. Еще один переход.

  - К спасению, - сказала Адъюнкт.

  - Да.

  - Хорошо, Ном Кала.

  Т'лан Имасса поклонилась им, отвернулась и ушла в лагерь.