Читаем Утро богов полностью

Обрывки египетских рассказов об Атлантиде мы находим также у египетского историка Манефона из Себеннита, жреца храма в Гелиополе, который жил в Александрии уже после того, как Египет потерял независимость. Манефон известен тем, что написал на греческом языке историю Египта «от незапамятных времен» до эпохи Александра Македонского. Сохранились только отрывки этого труда и то лишь в цитатах более поздних авторов. Манефон делит египетских правителей на 30 династий. Эта классификация сохраняется в египтологии по сей день. Упоминаемые цитаты содержат некоторые сведения о существовании во времена Манефона письменных источников об Атлантиде и потопе.

Один из «отцов церкви», Евсевий Кесарийский из Палестины, который жил в 268–338 гг. н. э., пишет в своих «Летописях»:

«…из сочинений Манефона Себеннитского, главного жреца языческого храма времен Птолемея Филадельфа. Те отрывки, как сам об этом заявил, он взял из надписей на колоннах, установленных Тотом в стране Сириат до потопа…»

Другой автор, иудейский историк I в. н. э. Иосиф Флавий, пишет о потомках египетских богов, что они «…жили счастливо… и большое внимание обращали на науку о небесных телах и их взаимных расположениях. Опасаясь, чтобы в будущем люди не забыли об этом и их достижения не пропали даром, они воздвигли две колонны, одну из кирпича, а другую каменную, и записали на них свои открытия. Так, в случае если бы колонна из кирпича была разрушена водой, сохранилась бы каменная колонна, дабы спасти написанный на ней текст, одновременно сообщая, что и ту, первую, с той же целью построили. Стоят они по сей день в стране Сириат».

Нам кажется, однако, что ни Евсевий, ни Иосиф Флавий не видели этих колонн собственными глазами. Очевидно, это не значит, что их не было вовсе. Во всяком случае, если верить Манефону, при его жизни они существовали. Сегодня от них не осталось и следа.

Возможно, более поздние жители «страны Сириат» использовали колонны при строительстве домов, и сейчас еще они покоятся где-то под толстым слоем песка… Поиски следовало бы начать с месторасположения «страны Сириат». Но, увы, мы не имеем даже малейших намеков на то, где ее искать. В этой стране якобы существовал город, расположенный над морем или большим озером, по соседству с которым находились два действующих вулкана. И это все. Ни в Египте, ни по соседству, как известно, вулканов нет. Кроме того, египтяне, как народ малосведущий в этом деле, даже фрагменты рассказов, связанные с деятельностью вулканов, передали довольно туманно. Можно только догадываться, что страна, в которой жили боги, прежде чем они прибыли в Египет, находилась «западнее» Египта.

Упоминание о вулканах в «стране Сириат» ассоциируется у нас с богиней Сохмет, той самой, которая утоляла жажду пивом. Подобную же связь между потопом и огнем можно увидеть в легенде о птице Венню, известной в более поздних произведениях под названием птицы Феникс. Родиной ее была Аравия. Время от времени, раз в 500 лет, она прилетала в египетский город Гелиополис, где свивала гнездо в храме бога Солнца. После того как птица Венню погибала в огне, она вновь возрождалась из пепла, чтобы жить в течение следующих пятисот лет. Для нас наибольший интерес представляет то, что иероглиф, изображающий Венню, содержит три параллельные волнистые линии, обозначающие воду. Этот символ вновь заставляет нас усматривать определенную связь между птицей Венню и потопом.

О таинственных колоннах упоминает и неоплатоник Прокл, комментатор трудов Платона, живший в 412–485 гг. Он пишет, что некто Крантор был в Египте через 300 лет после Солона, то есть около 260 г. до н. э., и в храме богини Нейт в Саисе видел покрытые иероглифами колонны. Они содержали описание гибели Атлантиды, которое полностью совпадало с рассказом Платона.

По поводу свидетельства Крантора, а вернее Прокла, ведутся споры. Противники рассказа Платона об Атлантиде утверждают, что Крантор — лицо вымышленное. Сторонники же считают это сообщение свидетельством достоверности рассказа, ссылаясь на то, что речь идет о Кранторе из Солы, греческом философе конца IV — начала III в. до н. э., ученике Ксенократа и Полемона. Он, так же как позднее Прокл, был комментатором Платона и, желая либо подтвердить, либо опровергнуть его рассказ, предпринял путешествие в Египет. Поскольку труды Крантора утеряны, мы сегодня не можем проверить, действительно ли он писал что-либо на эту тему, а знаем лишь, что его интересовали проблемы этики Платона. С трудами Крантора был знаком выдающийся римский оратор Марк Туллий Цицерон, который жил двести лет спустя. Сомнительно, чтобы это были те самые колонны, о которых упоминает Манефон из Себеннита, колонны, которые, по преданию, создал сам бог Тот, и мог ли Крантор «воочию» убедиться в том, что их содержание соответствует рассказу Платона — ведь он не знал египетских иероглифов.