Читаем Усто Мумин: превращения полностью

В частной коллекции ташкентского художника Турсунали Кузиева хранятся работы Усто Мумина, связанные с оформлением спектакля «Фархад и Ширин»: на них изображены эскизы костюмов, мизансцен. Кузиев рассказал об андижанском периоде Усто Мумина (со слов своих коллег): андижанцев якобы поражала в Усто Мумине аристократическая манера держаться. Военное время, вокруг пыль и разор, а Усто Мумин всегда в белом чесучовом (или льняном) костюме. Откуда деньги у небогатого художника? Он брал костюмы в долг у продавца, через некоторое время возвращал, якобы заметив брак или пятно, и брал новый. Никогда не ходил в старых костюмах. Был пижоном. Вел занятия в Уйгурском театре, а также выполнял работу художника. Его ученики рассказывали, что он курил сигары. Не то чтобы курил, но закуривал точно: закурит, положит на подоконник, сигара курится, прожигая деревянную поверхность и оставляя пятна, которые спустя время показывали поклонникам художника: здесь был (курил) Усто Мумин. Студенты часто докуривали эти сигары. Так оно было или нет, но молва и слухи и сегодня продолжают рисовать портрет Усто Мумина, придавая ему, как в этом случае, несколько эксцентричные черты.

В Центральном государственном архиве РУз хранятся стенографические отчеты Первого съезда Союза художников Узбекистана, прошедшего в мае 1938 года. В одном из выступлений партийного куратора есть такой критический вектор:

Стал ли этот посыл для Усто Мумина решающим или нет, судить трудно, но в 1940-х годах он замышляет серию рисунков о Юлдаше Ахунбабаеве^{71}. Из воплощенных известен и опубликован «Ю. Ахунбабаев и М. И. Калинин» (1950).