Читаем Урановая буча полностью

В 1952-м Правительство возложило на особое КБ Кировского завода (Ленинград) задачу по разработке промышленной центрифуги, а через пять лет на уральском комбинате (УЭХК) заработал Опытный завод, ещё через пять, в 1962-м, – вошёл в промышленную эксплуатацию центрифужный цех-53. В этой машине сила тяготения земли превышается в сотни раз, в результате чего «тяжёлые» изотопы отбрасываются к периферии корпуса, а «лёгкие» собираются ближе к оси. Получился сепаратор, только не молочный, а со скоростью вращения ротора в полторы тысячи оборотов в секунду и даже более. Да, в секунду, здесь опечатки нет, скорости немыслимые и запредельные. Русский «ядерный волчок» разгоняется на обыкновенной рояльной струне, ставь да разгоняй, но хитрость состоит в особой методике её закалки, без которой центрифуга так и останется роялем. Степень деления на отдельной обогатительной единице чрезвычайно низкая, поэтому собирается последовательная цепочка из сотен тысяч компактных «сепараторов». Так в СССР сложились и тридцать лет существовали две технологии уранового производства – диффузионная и центрифужная.

В 1954-м Уральский электрохимический комбинат был награждён орденом Ленина, а Новоуральск получил статус города, но ещё сорок лет жил под чужим именем Свердловска-44. Он строился по единому генплану, гармонично вписывался в горный ландшафт, превращаясь в город-жемчужину. В начале памятных пятидесятых годов город посетил М. Г. Первухин, председатель инженерно-технического Совета при Спецкомитете по Атомному проекту. Прекрасный оратор, он держал часовую речь на центральной площади, заполненной горожанами до отказа. Зима, мороз, на площади полная тишина, когда муха пролетит – не услышишь, пусть она и белая. Мы, школяры, были, конечно, в первых рядах митинга, ведь наша школа № 41 стояла рядом с площадью, хотя министерская речь нас мало впечатлила.

А вот «биографическая справка» центральной городской улицы оказалась забавней некуда. Поначалу она называлась улицей Победы – в честь недавнего триумфа советского народа в Великой Отечественной войне. Название прижилось и вполне устраивало людей, но властям понадобилось угодить набравшему политическую силу Лаврентию Берии, ведь он, надзиратель за Атомным проектом, лично приезжал на уральский первенец атомной промышленности. Учитывалось и то обстоятельство, что Лаврентий Павлович первым держал похоронную речь на смерть Иосифа Виссарионовича, а значит, на смену ушедшему грузинскому вождю шёл другой грузин. Помню ту речь, даже не самую речь, а сильный грузинский акцент, с которой она произносилась. Горожане только и обсуждали этот акцент. Вот и настал день, когда удивлённый народ увидел на металлических вывесках вчерашней улицы Победы грозное имя Берия.

Городские жители стали привыкать к новому названию улицы, как вдруг словно гром среди ясного неба в июне 1953-го на них обрушилась оглушительная новость о том, что в руководство первого в мире рабоче-крестьянского государства прокрался агент мусаватистской разведки и международного империализма Берия. Это верный ленинец Никита Хрущёв вывел на чистую воду коварного врага, прервав его затянувшиеся козни против советского народа. Но какова оплошность местных властей, не разглядевших под маршальской личинкой заклятого врага! Не загреметь бы вслед за Лаврентием в места не столь отдалённые!

Сбившись с ног, коммунальщики в одночасье содрали с домов улицы-хамелеона вражьи железки и замерли в ожидании нового заказа. Политическое дело требовало срочного решения, а потому в считанные дни оно было принято в пользу товарища Сталина, имевшего прямое отношение к процветанию города атомщиков. Ведь Иосиф Виссарионович лично разрешил здешнее строительство шикарного здания театра оперетты, по нормативам предназначавшегося для городов с населением в триста тысяч человек, тогда как в городке-посёлке их насчитывалось в десять раз меньше. Центральная улица обратилась в символ дорогого и мудрого вождя, чей прах покоился рядом с его учителем, Лениным, в мавзолее Ленина-Сталина. Едва обстановка успокоилась, как в 1956-м на двадцатом съезде КПСС неугомонный Никита Хрущёв взбаламутил страну разоблачением культа личности отца всех народов. Вождь-бутафория! Такое коленце выкинул Никита, когда-то отплясывавший гопака на званых ужинах Хозяина.

Наступил час истины. Новая ошибка категорически исключалась. Но чьё же славное имя выбрать из галереи беззаветных борцов за народное счастье? Не Никиту ли Сергеевича, верного ленинца, вносить в уличную летопись уральских атомщиков? А вдруг и он не того поля ягода? Но вот выход!

Имя бессмертного Ленина – символ верности в качающемся мире! Тоже не ангел, но где их искать, не на небесах же?

Улица Ленина и сегодня уживается в городе с улицами имени директоров УЭХК Чурина, Савчука, Корнилова, академика Кикоина, учёного-атомщика Жигаловского…

* * *