Читаем Урановая буча полностью

В послевоенное время дом Ипатьева был отдан под хозяйство областного партийного архива, подвал – под его хранилище, а память народная не стиралась, не умирала, посылая мученикам благословение на вечный покой. Чтобы покончить с негласным паломничеством, Политбюро ЦК КПССС в 1975-м приняло закрытое решение о сносе дома Ипатьева, к которому не зарастала народная тропа, но он под разными предлогами простоял ещё два года, пока первым секретарём Свердловского обкома не был назначен Борис Ельцин. По свидетельству Я. П. Рябова, ельцинского предшественника по свердловскому обкому, его преемник был амбициозен, властолюбив и «ради карьеры готов выполнить любое задание начальства». Тогда за пару дней и снесли последнее царское пристанище.

…В октябре 1962-го разразился Карибский кризис, в котором две сверхдержавы сошлись в геополитической схватке грудью на грудь, готовые пустить в ход оружие массового поражения. На Остров свободы было завезено более полутора тысяч ядерных боеголовок, развёрнуты ракетные установки, командование военной группировкой на Кубе получило разрешение ответить на агрессию атомным ударом. Человечество оказалось на краю пропасти, сообщения ТАСС приравнивались к военным сводкам, но двухнедельный кризис был разрешён.

Атомная гроза развеялась, и с пятого курса началось наше приобщение к избранной профессии. Спецкурс № 1 включал в себя теорию разделения изотопов урана, спецкурс № 2 – оборудование и технологию обогатительных заводов. На лекциях по спецкурсу все записи, касающиеся научных основ и промышленных технологий, мы заносили в толстые прошнурованные тетради, где каждый лист учтён под грифом «секретно». Тетради выдавались в читальной комнате Первого отдела, но списывать из них для освоения материала или на шпаргалки запрещалось под расписку о неразглашении. Как сдавать экзамены? Дело каждого.

Мы затаив дыхание слушали, когда Г. Т. Щёголев, заведующий кафедрой, рисовал нам картины уранового производства на далёкой Ангаре:

– Превосходно отстроенный, современный город Ангарск. Прекрасное бетонированное шоссе, широкое и прямое как стрела, ведёт от центральной части города к жилому массиву атомщиков, а ещё дальше закрытая ведомственная дорога углубляется в нетронутую тайгу, где уже три года в непрерывном цикле действует крупнейший ядерный комплекс…

Воображение рисовало самые красочные картины. Сказочный город, новейшие технологии в глухой тайге…

Разумеется, производственную практику четвёртого курса я проходил в «почтовом ящике 79», как условно назывался атомный объект в живописных окрестностях города на Ангаре. Посреди ночи поезд высадил нашу группу в составе пяти студентов-романтиков на станции Ангарск. Не дожидаясь открытия автобусного движения, романтики предприняли ночной марш-бросок до центра города и были поражены добротностью и опрятностью городского антуража. Григорий Тимофеевич был прав! Такого благоустройства в сибирской глухомани невозможно было себе представить. Жители называли Ангарск городом без окраин, без привычных для других городов унылых и беспризорных, приютившихся с краю улочек. Было чем гордиться городу-красавцу, закрытому для иностранцев.

Утром – на комбинат, в отдел кадров, располагавшийся в ведомственном жилом районе. Дорога, прямая как стрела, рассекала надвое лесной массив.

На ангарской земле нас разместили в большой комнате благоустроенного общежития. На первом этаже душевая комната. Другим подарком оказалась горячая вода в кухонном кране: наливай, заваривай, и чай готов! О таком комфорте братва не смела и мечтать, направляясь из Свердловска в глухой медвежий край. В те строгие времена народ о существовании электрических чайников и знать не знал, в магазинах из бытовой техники – мясорубки с ручным приводом. Бывали кофемолки. Но это ещё не все! Министерство и без того баловало физтехов повышенными стипендиями, здесь же нас, студентов-практикантов, оформили слесарями третьего разряда с выплатой оклада, вдвое превышающего размер стипендии. Гуляй – не хочу! Хочу – не хочу, а гуляли, сдавая чемоданами накопившуюся посуду, с приёмом которой в городе образцового быта не было проблем. Снова заметный доход от сдачи стеклянной тары. Под праздники мы, обеспеченные студенты, летали самолётом Ту-104, рекордсменом по количеству аварий, до дома родного по маршруту Иркутск-Свердловск (Кольцово), и как-то обходились без «лётных происшествий».