Читаем Урал атакует полностью

— Послушай, добрый человек, — доверительным тоном заговорил он (типа, мы с тобой одной крови — старый прием опытного водилы). — Ты президента Уральской Независимой Республики знаешь?

— Ну, допустим, — хмыкнул «добрый человек», поигрывая палочкой.

— Так вот, мы выполняем его непосредственное задание.

— А мне по фигу, — заявил постовой. — Здесь вам не Ебург. У нас тут свои президенты. Багажник открой.

И он двинулся к водительской двери. «Заладил, как робот, — плюнул в сердцах Костя. — Не успев оформиться, республика уже трещит по швам». Муконин предусмотрительно опередил инспектора, окунулся в кабину и вытащил ключ из замка зажигания.

— Ладно, Костик, открой ему багажник, — дружелюбно сказал Ганя.

Все трое переместились к задней части «семерки». Муконин открыл отсек ключом, хотя можно было это сделать и кнопкой из салона. Страж местных автодорог чуть наклонился, принялся разглядывать содержимое.

Баллон с водородом под задней полкой салона, отливающий желтым нанопокрытием. Красненький огнетушитель скромно у стеночки. Запасное колесо с другого боку. Маленькие серые коробки дымовых шашек под блоками фар. На полу — спецовки с пуленепробиваемыми жилетами, сумка с самораскладывающейся палаткой, а под этим добром спрятались два автомата. Один «калаш» лежал в резерве (его хотели достать перед границей), а второй — трофейный.

Экс-гаишник нахмурился, пошарил рукой. Брезгливо поворошил жилеты, отдернул край спецовки и замер. Костя гусем вытянул голову: на свет выглядывал ладненький черный ствол трофейного автомата.

— Так, лицом к машине! — встрепенулся постовой и навел свой АКМ. — Быстро!

Костя почувствовал, как земля уходит из-под ног. Ну что за напасть, эти чертовы бывшие гаишники!

— Послушай, гражданин хороший, — начал было Ганя, поправив рукой сбившиеся от ветерка волосы.

— Я сказал — лицом к машине!

Костя заметил, что к ним уже приближается второй служитель в подобной форме, только без автомата за плечами. Видимо, привлекло его неожиданное оживление около «семерки».

Ганя и Костя со скрипом подчинились. Встали лицами к дверцам, уткнулись руками в стекла.

— Что там, Гер, чужаки с контрабандой? — поинтересовался ровным голосом подошедший инспектор.

— Да не, гляди, «калаш» везут! — Гер, очевидно, указал на багажник.

Костя услышал мерные шаги — это напарник обошел машину. Затем послышалось, как он присвистнул.

— Ну вы тут встряли, ребята.

— Придется позвонить напрямую в Администрацию Уральской Республики, — демонстративно громко сказал Ганя, мотнув головой в сторону стражей порядка.

Костя незаметно вытянул смартфон и глянул на экран — связь отсутствовала. Он толкнул приятеля в бок. Черта с два ты позвонишь, блин!

— Вишь, Серый, стращают. Говорят, что у них задание и.о. президента, — поделился с напарником Гер. — Да мне по хрену твой президент!

Костя оглянулся, чтобы посмотреть на Серого. Тот мало чем отличался от своего сослуживца — такое же круглое скуластое лицо, лишь черты немного грубоваты, хотя на подбородке очаровательная ямочка.

— Хочешь, чтоб тебя с должности сняли? — продолжил гнуть свою линию Ганя.

— Нет, ну ты посмотри, а?! — Гера задело за живое, он приблизился к Гане и негромко заговорил ему прямо в ухо: — Ты хоть знаешь, какая у меня должность, мужчина? Нет? Ну и не рыпайся тогда! Серый, обыщи их.

— Эй, ребята, подождите, нельзя же так! Может, договоримся по-человечески? — добродушным тоном сказал Костя.

— По-человечески — это как? — Судя по интонации, Серый чуть улыбнулся.

— Сам понимаешь.

— Ладно, пойдем на пост, — согласился кто-то из них, но Костя не понял, кто.

Однако в кирпичный домик с зарешеченными окнами не зашли. Экс-гаишники указали приятелям на заднее сиденье своей машины. Обычный бензиновый «Шевроле» с печально знакомой окраской ГИБДД Российской Федерации. Бывший мент со странным именем Гер уселся за руль, Серый разместился на переднем пассажирском кресле. Воцарилась многозначительная тишина. Ганя толкнул Костю локтем.

— Что ж, по сто бон на каждого, и вы нас отпускаете, — взял быка за рога Муконин.

— Это несерьезно, — кисло бросил Гер.

Костя разглядел сморщившееся лицо Гера в зеркале салона, что вверху лобового стекла.

Бог мой, до чего знакомая ситуация, подумалось Муконину! Вот так всегда было в этой стране: менялся социальный строй, территориальный уклад, рушились одни идеалы и приходили другие, но люди оставались теми же. И немудрено, ведь жить за счет ближнего можно под любыми масками.

— Ладно, по двести бон, — начал торговаться Костя.

— У нас, знаете ли, в Челябинске, — вдруг заговорил Серый, — ваши боны приживаются крайне неохотно.

«Надо же, вы еще и культурно выражаться умеете!» — чуть не вырвалось у Кости.

— Ясно, — сказал он вслух. — Тогда поговорим о долларах. По десятке каждому. Идет?

— Нет, это все несерьезно, — заладил Гер.

Костя тупо уставился на круглые циферблаты «Шевроле» со стрелочками и штрихами. Внутри все вскипало.

— Хорошо, четвертак на двоих, — вздохнул он.

— Каждому, — вставил Серый, и дорожники удовлетворенно переглянулись. Костя цокнул языком, покачал головой.

— Ну знаете, это уж слишком.