Читаем Управляемые полностью

Я не успеваю закончить свою мысль, потому что он рывком притягивает меня к себе, и его губы обрушиваются на мой рот. Весь накопленный за этот вечер флирт взрывается между нами в потоке ищущих губ и гладящих рук. Нам нужно это немедленно. Наша потребность чувствовать друг друга кожа к коже затмевает всё. Колтон выпускает из своей хватки мои бёдра, цепляет край моей кофточки и стягивает её с меня через голову, разрывая поцелуй только на время движения ткани по моему лицу. Бросает мою одежду на пол, и его рот снова захватывает мой.

Голод. Таким ощущается на вкус его поцелуй. Такими ощущаются его руки на моём теле. Это то, что я чувствую внутри себя. Я хочу всё его тело целиком и каждый сантиметр по отдельности. Хочу потерять себя в нём, раствориться в ощущениях, достичь абсолютного блаженства только от одних его прикосновений.

— Иисус, Райли… — он отстраняется от меня, наши грудные клетки вздымаются друг против друга, сердца бьются в бешеном ритме. Он обхватывает ладонями моё лицо; взгляд его потемневших глаз говорит мне, что он понимает. Он тоже голоден. — Ты обнажила и обезоружила меня, Райли. Ты дразнила меня весь вечер. У. Меня. Просто. Не. Осталось. Никакого. Контроля, — он зажмуривается, и я чувствую, как пульсирует, упёршись в мой живот, его член. — Не думаю, что смогу быть нежным, Райли…

— Ты и не должен, — шепчу я ему, и мои собственные слова поражают меня. Я больше не хочу, чтобы меня считали хрупкой. Как это делал Макс. Я хочу чувствовать, как его бурная страсть нахлынет на меня, пока он будет брать меня с безумной несдержанностью. Я хочу, чтобы он доминировал надо мной так, чтобы я взмывала ввысь и падала, разбиваясь вдребезги, и чтоб не было мысли, что может быть иначе.

От моих слов его глаза расширяются, из горла подымается гортанный вздох, и он прижимает меня к себе, окуная нас в поглощающий поцелуй. Между нами пульсирует безрассудство. Он толкает меня назад, наши ноги запутываются, руки гладят тела, дотягиваясь до каждого досягаемого кусочка голой кожи. Мой зад врезается в жёсткий край столешницы кухонного «островка», пока руки Колтона возятся с моими джинсами. Он стягивает их на бёдра, а потом легко поднимает меня и усаживает на столешницу.

Холод гранитной плиты жалит обнажённую кожу моей разгорячённой промежности, добавляя ещё больше интенсивности к уже повышенной чувствительности моей киски. Колтон стаскивает с моих ног джинсы и трусики, и затем разводит мои колени. Делает шаг ближе, прижимаясь к моему телу, и снова приникает к моему рту. Его руки спускаются вниз по моей груди, сжимая и дразня через тонкое кружево бюстгальтера, прежде чем продолжить спуск к вершине моих бёдер. Он проводит пальцем по лобку, скользя ниже, между складочек, обнаруживая меня влажной и жаждущей.

— О, Райли, — шипит он, двигая пальцем вверх и вниз, покрывая меня моей собственной влагой и попутно доставляя наслаждение. Другая его рука возится с кнопкой его штанов. Он смотрит вниз, туда, где его палец дразнит и терзает мою плоть, а затем приближает свои губы к моим. — Я хочу чувствовать тебя вокруг меня, Райли. Без каких-либо преград, — бормочет он мне в губы. Его слова углубляют мою ноющую жажду, в которой я тону. — Ты поверишь, если я скажу, что проверялся? Что всегда использовал защиту? Я никогда не занимался сексом без презерватива. Я чист, — он целует меня снова, его язык скользит между моими губами, облизывая, дегустируя, заманивая. — Боже, я просто хочу чувствовать тебя…

— Да. Я тоже. Пожалуйста… — я ловлю воздух ртом, когда он скользит пальцем в меня, мой разум не в состоянии сформировать связное предложение. — Я на таблетках... да... я доверяю тебе, — я задыхаюсь от того, как его палец кружит внутри меня.

— Ложись, — командует он, освобождаясь от джинсов, подхватывает меня под колени и тянет вверх. Холодный камень подо мной заставляет меня выгнуться, и в ту же минуту Колтон входит меня, разделяя на половинки. Я кричу от ошеломляющих ощущений из-за этого стремительного наполнения. Он замирает, полностью похороненный внутри меня, позволяя ослабнуть чувству болезненного удовольствия от его вторжения, пока мои стеночки растягиваются и подстраиваются под его размеры.

— О, чёрт, Райли, — рычит он, и я вижу, как тает его контроль. Его взгляд опаляет моё тело, поднимаясь до глаз. Я вижу, как напряжены мускулы его торса, как до зубовного скрежета сжаты челюсти, а глаза заволакивает диким желанием, которое он пытается обуздать. — Ты так чертовски хорошо чувствуешься вокруг меня. Как бархат.

Я ахаю, когда он пульсирует внутри меня, его контроль на исходе.