Я чувствую тепло его дыхания, пока он тяжело дышит у моей шеи, изо всех сил борясь за контроль.

— Милостивый Иисус, Райли, — бормочет он, качая головой и двигаясь вдоль моего плеча, рассеивая невинные поцелуи вдоль моей ключицы. — Мы должны выбраться отсюда прежде, чем ты доведешь меня до крайности прямо здесь, в коридоре.

Он поднимает голову, чтобы посмотреть, как я отреагирую на его слова. Нет никаких сомнений: это то, чего я хочу. Он — тот, кого я хочу. Но невозможно отрицать тот факт, что я нервничаю — очень — боюсь разочаровать его своим более чем недостаточным опытом в этом деле.

— Пойдём, — он не даёт мне времени ответить, хватая за руку, обнимает рукой за плечи, притягивая к себе, и ведёт в глубину коридора. — В этом отеле у меня забронирован номер для ночёвки, — его сильная рука поддерживает меня, уводя к моему яблоку познания из Эдемского сада.

Я покорно следую за ним, пытаясь успокоить сомнения и неразбериху в моем сознании, поскольку сейчас, когда его рот не находится на моём, притупляя мою способность рассуждать, оно громко обсуждает происходящее. Мы очень быстро оказываемся у лифта в конце коридора и через несколько секунд уже заходим в него. Колтон достаёт из кармана ключ-карту, вставляет её в панель, открывая доступ к верхнему этажу. Это пентхаус.

Отступает ко мне и, пока лифт везёт нас вверх, кладёт руку мне на поясницу. Между нами осязаемая тишина, что только ускоряет мельтешение бабочек в моём животе.

— В чём причина изменений? — спрашивает Колтон, слегка потянув за мои выпрямленные волосы, пытаясь облегчить состояние тревоги, растущее во мне.

— Стараюсь следовать шаблону, — рефлекторно язвлю я, намекая на многочисленные фото Колтона с женщинами, волосы у которых прямые. От моего комментария его лоб морщится, пока он пытается выяснить его значение, и тогда я предлагаю более понятное объяснение: — Иногда меняться неплохо.

Рукой, которая лежит на моей пояснице, он поворачивает меня к себе лицом, положив другую на застёжку повыше моей задницы. Затем опускает свою голову так, чтобы мы смотрели в глаза друг другу.

— Мне нравятся твои кудри, — говорит он мягко, и от этого комплимента моё эго расцветает. — Они подходят тебе, — теперь, когда высказался по моему поводу, он поднимает руку, чтобы убрать с моего лица выбившуюся из причёски прядь волос. Потом кладёт пальцы на щёку с той стороны, удерживая моё лицо; его глаза ищут мои:

— У тебя есть только один шанс, чтобы уйти, — предупреждает он меня, пока лифт звуковым сигналом сообщает нам о прибытии на нужный этаж. Хриплый тон его голоса наносит непоправимый ущерб моей силе воли.

От его слов моё сердце сбивается с ритма. Я в растерянности качаю головой, потому что не могу найти слов, чтобы достойно ответить.

Он игнорирует открывшуюся за ним дверь лифта и продолжает пристально смотреть мне в глаза:

— Я не смогу остановиться, Райли, — произносит он, зажмуриваясь, как будто это признание для него болезненно. Он делает глубокий вдох, отпуская меня, и запускает пальцы в волосы. Затем поворачивается ко мне спиной, протягивает руку и с силой жмёт кнопку открытия двери, упираясь руками в стены лифта. Широкие плечи Колтона заполняют небольшое пространство лифта. Его голова опущена вниз, в то время как он обдумывает свои следующие слова. — Я не хочу торопиться с тобой, Райли. Я хочу, чтобы наша связь набирала обороты красиво, медленно и сладко — как тебе это необходимо. Хочу подтолкнуть тебя к оглушительному падению через край. А после трахнуть тебя так, как мне хочется. Быстро и жёстко, пока ты не станешь выкрикивать моё имя. Это то, чего я желал с того момента, как ты выпала в мою жизнь из того хранилища.

Я вынуждена прикусить губу, чтобы задушить немедленный стон, который хочет вырваться из меня от его тёмного обещания. Я борюсь с потребностью осесть у стены лифта, чтобы несколько облегчить напряжённую тяжесть в моей киске.

— Как только мы выйдем из этого лифта, не думаю, что у меня хватит контроля, чтобы остановиться... оторваться от тебя, Райли. Я. Не могу. Сопротивляться. Тебе, — его голос замученный, тихий и полный убеждения. Он снова поворачивается ко мне, его лицо переполнено эмоциями. Взгляд — едва сдерживающего себя мужчин. — Решай, Райли. Да. Или. Нет.

12 глава

Я смотрю на него сквозь ресницы, зажав нижнюю губу зубами, и киваю в согласии. И, когда он всё ещё молча продолжает смотреть на меня, я, наконец, обретаю голос, пытаясь прогнать из него дрожь:

— Да, Колтон.

Его рот в мгновение ока обрушивается на мой, его голод ощутим, когда он вытягивает меня из лифта и неуклюже тащит к дверям пентхауса. Я непринуждённо хихикаю, пока он старается вставить ключ в дверь, одновременно пытаясь удержать свои губы на моих. И вот у него получается, дверь открывается, и мы продолжаем наше неловкое движение, не отрывая друг от друга ртов.

Колтон пинает дверь и прижимает меня к ней, его руки зажаты между дверью и моей задницей. Пальцы страстно хватают мою плоть, вжимая меня в его мускулистый торс.