— Да, я помню. Я не могу предотвратить неизбежное. Но я всё ещё хочу, чтобы ты попробовала…

Ослеплённая своими чувствами к нему, я игнорирую обещание причинить мне боль, потому что в сознании моём по замкнутому кругу вертится слово «попробовать». Он просит меня попытаться. Я готова на это? Для него? Чтобы дать нам шанс? В надежде на возможность показать ему, что хотеть большего — нормально. Что он заслуживает лучшего. Оптимистичный ход моих мыслей нарушают, всплывая в памяти, слова Тони. «Будешь думать, что усмирила его буйства и можешь руководить им и его жизнью. Но когда он насытится тобой, ты вылетишь из его жизни быстрее, чем он обычно заканчивает последний круг на треке». Я мотаю головой, пытаясь выбросить из головы её пророчества.

— Не отвечай сейчас, Райли, — голос Колтона похож на крик души, потому что он ошибочно принял моё движение головой за отказ. — Поужинай со мной, прежде чем сказать «нет».

Я делаю шаг назад, потому что мне нужно пространство, несмотря на то, что я уже собираюсь сказать ему «да».

— Я хочу провести, по крайней мере, ещё одну ночь с тобой. Мне это необходимо, — его глаза ищут мои, чтобы прочитать ответ. — Я заеду за тобой завтра в три часа.

Теперь я — лемминг, бегущий в сторону обрыва.

Я пристально смотрю на него. С каких это пор я позволяю кому-то принимать за меня решения?

— Я могу сама быть за рулём, Колтон, — раздражённо заявляю я, потому что он опять всё за меня решил. Если я собираюсь постараться для него, не должен ли он в ответ постараться для меня?

— Неа, — улыбается он, придерживая для меня дверь, пока мы выходим из «Старбакса». — Я за рулём. Так ты не сможешь убежать.

23 глава

«Мы не должны исправлять друг друга

Вернись!

Нам не обязательно говорить «навсегда»

Вернись!»

Я мурлычу себе под нос, подпевая песне Кенни Чесни, которая, по иронии судьбы, тихо звучит из динамиков именно сейчас, когда мы едем на север, вдоль побережья Тихого океана. Я улыбаюсь от совпадения — ведь именно эту песню прислал мне Колтон сегодня, а теперь она играет по радио, пока один из его охранников, Сэмми, везёт меня туда, где сейчас Колтон.

Я тянусь к своей сумке, лежащей рядом со мной, и копаюсь в сменной одежде и прочих вещах, которые самонадеянно взяла с собой. Достаю маленькое зеркальце, чтобы оценить свой внешний вид. Мои волосы собраны на макушке в лёгкий стильный «беспорядок», с локонами, свободно спадающими на спину и вокруг лица. Я кладу зеркальце и поднимаю руки, проверяя завязки на шее, лямки которых держат моё синее платье макси, открывающее спину чуть ниже лопаток. Я мысленно благодарю Хэдди за отличную идею надеть платье. Милое, простое, но достаточно провоцирующее, чтобы его желание заглянуть тебе под юбку не ослабевало — так она выразилась, пока мы допивали по второму бокалу вина.

По мере нашего продвижения на север пышные холмы справа от меня уступают океану слева. Я прижимаю руку к животу, пытаясь утихомирить не весть откуда взявшихся там трепещущих бабочек. Я не должна волноваться оттого, что увижу Колтона, но я волнуюсь. Необъяснимым образом чувствую, что сегодняшний вечер — переломный момент в истории под названием «мы». Я откидываюсь назад и смотрю на бескрайнюю водную гладь, надеясь, что смогу справиться с последствиями этого переломного момента. На мгновение я прикрываю глаза и задаюсь вопросом: как может такая разумная женщина, как я, сознательно идти на предопределённое крушение надежд.

Когда мы въезжаем в Малибу, по радио звучит Red, Тейлор Свифт. Я слушаю строчки, говорящие про него: «Любить его — всё равно, что ехать за рулём «Мазератти» по улице, в конце которой — тупик». Я качаю головой, чувствуя, что достигну своего тупика гораздо раньше, чем хотелось бы, потому что дело касается Колтона. Потому что, вопреки всем разумным доводам, до упора жму на педаль газа, желая знать, к чему это нас приведёт, вместо того чтобы давить на тормоз.

Сэмми поворачивает налево, на улицу под названием Броудбич-роуд, и я выныриваю из своих мыслей, обозревая окрестности. Слева выстраиваются дорогие особняки, закрывая от меня желанную береговую линию пляжей Малибу. Дома оформлены в самых разных стилях: от модерна до Кейп-код в стиле Старого света, с идеальными газонными лужайками, и большинство — за крепкими стенами.