Читаем Управляемые полностью

Когда мы с Колтоном поворачиваемся, чтобы вернуться к машине, я замечаю его взгляд — полный чувства гордости и выполненного долга. И понимаю, что у меня сейчас то же самое выражение лица.

***

— Почему ты согласилась сюда поехать, если не любишь кофе?

Вопреки своим лучшим побуждениям после поездки в школу я согласилась поехать с Колтоном выпить кофе. Я до сих пор в потрясении от всего, что сделал Колтон, и чувствую, что обязана, по крайней мере, уделить ему своё время в ответ на его ошеломляющее поведение. У меня перед глазами до сих пор благоговейный взгляд Эйдена. Думаю, я никогда его не забуду.

— Пусть мне и не нравится кофе, но в «Старбакс» есть чертовски вкусная еда, которая для тебя «ох, как вредна», — смеюсь я, и он в ответ качает головой. Прямо как ты, Колтон.

Мы делаем заказ под исподволь бросаемые взгляды посетителей, так как Колтон сейчас без своей бейсболки и легко узнаваем. К счастью, мы находим в углу свободный столик с двумя глубокими, удобными на вид креслами по обе стороны от него. Мы усаживаемся, и Колтон достает из пакета наши кексы, протягивая мне мою долю.

— Ты знаешь, после всего, что сделал сегодня, ты вырос до статуса Бога в их глазах?

Колтон закатывает глаза, потом берёт кусочек кекса и кладёт в рот. Я не могу оторвать взгляда от того, как высовывается кончик его языка, слизывая крошки с губ. Меня прошибает вспышка желания. Замечаю, как изгибается уголок его рта, и вынуждаю себя поднять взгляд к его глазам, которые заметили, к чему приковано моё внимание. Мы пристально вглядываемся друг в друга, разжигая тепло невысказанных между нами слов.

Девушка-бариста за стойкой выкрикивает: «Ас!», и Колтон ухмыляется, поднимаясь из-за стола и кивая, что он заберёт заказ. Я смотрю за тем, как он идёт, на его длинные, поджарые, одетые в джинсу, ноги, и на тёмно-зелёную рубашку «Хенли», обтягивающую широкие плечи и узкую талию, с закатанными по локоть рукавами, обнажающими крепкие предплечья. Смотрю на зардевшиеся щёки девушки, пока она протягивает ему наши напитки, и продолжает открыто рассматривать Колтона, когда он поворачивается и делает глоток своего кофе.

Я разглядываю его, и в моих мыслях сумятица. Нам так комфортно вместе. Мы как одно целое. И всё же не можем дать друг другу то, что каждому из нас необходимо. Может быть, я эгоистка, но я знаю — я не буду довольствоваться крохами с его стола. На моём пути будут брошенные им объедки, когда он снизойдёт до этого. Однако больше меня смущает тот факт, что он никогда так не вёл себя со мной и до сих пор не ведёт. О своих соглашениях он рассказывает одно, а в отношении меня ведёт себя по-другому. И в довершении всего постоянно предостерегает меня связываться с ним, предупреждая, что обязательно причинит боль.

Он того стоит? Колтон опускается в кресло напротив меня, с появляющейся мягкой улыбкой после того, как встречается со мной глазами. Да. Определённо. Но что я думаю по этому поводу?

— Теперь я в состоянии ясно мыслить, — довольно вздыхает он, сделав первый глоток. Ну, хоть кто-то может, потому что я уверена: я — нет.

— Мне кажется, у тебя всё было в порядке и до кофе, — подначиваю я его, отщипывая кусочек кекса. Колтон только ухмыляется. — Должна тебе ещё раз сказать огромное спасибо за то, что вступился за Эйдена и помог ему. Это было… Ты был… То, что ты сделал для Эйдена — выше и вне всяких похвал, и я очень это ценю.

— Пустяки, Райли, — и, видя, что я собираюсь возражать, добавляет, — но — всегда пожалуйста!

Я киваю и застенчиво улыбаюсь, довольная, что он принял мою благодарность.

— Вид на лицах этих хулиганов, когда ты появился, был бесподобен!

Колтон громко хохочет.

— Нет, по-моему, выражение лица директора было ценнее всех, — убеждает он меня, качая головой от воспоминаний. — Может быть, в следующий раз он дважды подумает, прежде чем принимать чью-то сторону.

— Надеюсь, — бормочу я, пытаясь сделать пробный глоток горячего шоколада и не обжечь язык. «Ты обожгла меня». Эти слова Колтона выбрали очень нужный момент, чтобы вспыхнуть у меня в голове. Я задвигаю их подальше, делая первый глоток шоколада. Этот чёртов парень занимает все мои мысли, сокрушает все чувства и омрачает моё сердце одним махом.

Мы сидим в ненавязчивом молчании, наблюдая за завсегдатаями заведения и попивая наши напитки. Я ставлю чашку с шоколадом и начинаю рассеяно складывать уголки своей салфетки, решая, следует ли мне произнести вслух то, что крутится в голове, или уже не рисковать?

— Колтон? — Его брови приподнимаются от серьёзности моего тона. — Ты так хорошо общаешься с мальчиками, я имею в виду — лучше, чем большинство взрослых, и в то же время говоришь мне, что у тебя никогда не будет своих детей. Это меня очень озадачивает.

Я вижу тень, омрачившую его тёмно-зелёные радужки в ответ на мой вопрос.