Читаем Управляемые полностью

— Я пугаю тебя? Чушь, Колтон! Я позволяю тебе связать себя, завязать глаза и поиметь на кухонном столе. Мужчине, которого знаю всего две недели, учитывая то, что до тебя у меня в жизни была только одна связь! И. Я. Пугаю. Тебя? — Его глаза распахиваются, он поражён моим признанием. Я раздражённо всплескиваю руками, желая продолжить свою пламенную речь, а не объясняться по поводу этого небольшого факта о себе, о котором проговорилась. — Тем вечером на пляже ты упомянул, что заключаешь с теми, кого выбираешь для эскорта, договор, устанавливаешь правила, ограничивая возможные притязания на совместное будущее, и прочую подобную чепуху… Скажи мне, Колтон, ты делаешь это до того или после, как привозишь их сюда — в этот дом? — Я в ударе, гнев и унижение разжигают во мне огонь. Он просто смотрит на меня, широко раскрыв глаза, его руки безвольно висят по бокам. — Да ладно. Поскольку ты не был столь любезен сообщить мне заранее, во что я вляпываюсь, мне кажется, ты должен поставить меня в известность сейчас.

— Райли, это не то…

— Я жду, Колтон, — я опускаюсь на край кожаного дивана цвета верблюжьей шерсти, складывая руки на груди. Думаю, мне лучше сидеть в этот момент. — Так как ты заключал подобные сделки?

Он шумно вздыхает, поглаживая челюсть рукой, трёт подбородок, прежде чем взглянуть на меня. Когда, он, наконец, начинает говорить, его обычно звучный голос тихий и неуверенный, как будто он боится.

— Обычно я первый знакомлюсь с кем-нибудь. Мы выясняем, нравимся ли друг другу, — он извиняющимся жестом пожимает плечами. — И затем я сообщаю, что наслаждаюсь её обществом, но способен только на краткое, приятное времяпровождение. Что хотел бы общаться и дальше, но всё, что могу дать — это несколько ночей в неделю… встреч в этом месте, — он жестом обводит комнату, — и получения взаимного удовольствия.

Я не уверена, хочу ли услышать ответ на свой вопрос, когда произношу:

— Продолжай.

Он склоняет голову набок и внимательно смотрит на меня; робкий парень, что был тут недавно, уступает место всегда уверенному в себе мужчине, и я жду, что будет дальше.

— В первый раз мы с партнёршей встречаемся здесь, — он настороженно следит за мной, зная, что я думаю, что это — тот самый мой первый раз здесь. Был ли этот разговор неизбежно запланированным после нашей забавы на столешнице? Я сжимаю губы, стараясь сохранить на лице нечитаемое выражение. Киваю Колтону, чтобы продолжал, в моём животе спиралью закручивается гнев. — Ну, я усаживаю её и объясняю, что хочу провести с ней время, но всякого там «жили долго и счастливо» не будет. Никогда. И если она согласна принять мои условия, мои требования, то я с удовольствием пообщаюсь с ней какое-то время, и она сможет сопровождать меня, если будет желание, и получит известность и все преимущества моего положения, пока наше соглашение не исчерпает себя.

Ничего себе. На усвоение этой информации у меня уходит почти минута. Речь об абсолютном изъятии из отношений всяческих чувств. Это больше походит на деловую сделку. Он пристально смотрит на меня, ничего не стыдясь теперь, когда у него есть устойчивая опора, говорящая о чём-то, что он может контролировать.

Я смотрю на него широко распахнутыми глазами.

— И тебе это действительно подходит? — восклицаю я озадаченно. — Почему просто не нанять сопровождение? Ведь по сути ты это и делаешь. — Моя голова уже пухнет от этой информации, но мазохистская часть меня хочет знать все кровавые подробности. Хочет услышать такие слова, которые бы вынудили меня внять предупреждению и уйти невредимой. — Нанять кого-то подходящего, чтобы соответствовал твоему стилю и положению, и использовать, когда это необходимо.

— Позволю себе не согласиться, — яростно, со сталью во взгляде произносит Колтон. — Это не так. Я никогда не меняю деньги на секс, Райли. Никогда. Однажды я уже говорил тебе это. И больше не повторю.

Как он, однако, использует любую возможность, чтобы распсиховаться. Он просто сказал мне, что ожидает, что я буду его послушной девочкой, довольной любыми подачками, которые достанутся мне на этом пути. В моей голове роятся тысячи мыслей, поэтому подобрать достойный ответ трудно.

— Какие… — наконец, запинаясь, начинаю спрашивать я. — Ты сказал, в твоём договоре есть условия. Не возражаешь, если я спрошу: что это за условия?

Я заинтригована. Напугана. Я в тупике оттого, что он выбрал подобный стиль отношений, хотя мог бы заполучить любую, какую бы захотел, просто так.

Я чувствую, как ему неловко и даже стыдно мне отвечать, и этот факт даёт мне крошечную толику надежды. Хотя я не вполне понимаю, надежды на что.

— Знаю, звучит жестоко, но я пришёл к выводу, что если заранее выложить все карты на стол — это предупреждает дальнейшие осложнения и сводит к минимуму ожидания на совместное будущее. То есть, девушки, зная условия, идут на это добровольно.