Читаем Unknown полностью

Я музыкант и мне, как и тем кто меня знает, сложно представить, чтобы я занимался чем-то другим. Да, есть много недостатков в турах и в работе в группе. Куча дерьма происходит, чего уж тут, но всё хорошее с лихвой это перевешивает. Турить легко в одном плане: подъём, лёгкий завтрак (если он есть, конечно), а потом просто сидишь и ждёшь весь день выхода на сцену, после чего наконец можно пойти бухнуть.

Совсем другая, тяжёлая сторона тура, наступает с новыми уровнями ответственности, такими как дети, ну и с оплатой счетов. Когда мы начали гастроли в поддержку Blackwater Park, то на жизнь нам не хватало. Было немного денег, но этого не хватало даже на то, чтобы нормально поесть и так далее. Большинство людей хотели бы видеть свою группу в качестве основной работы, типа как работы на заправке, на почте или типа того. И затем, если это возможно, отправляются в тур ― но мы этого не делали. Оба Мартина были жуткими лодырями без гроша. Они оба жили у матери Лопеса, так что у них реально ничего не было. У меня тоже ничего не было, Петер учился, так что, мне кажется, поэтому нас ничего кроме этого не парило. В любом случае, деньги, которые начали появлятся, были куда больше, чем мы когда либо имели, так что выбор группы в качестве основной работы был очевидным.

После Blackwater Park следующий шаг был для меня очень странным и из-за чего я начал переживать. Я не хотел записывать просто очередной альбом, я хотел чего-то нового. После тура в поддержку «парка» я знал, что мы стали популярными. Мне кажется, это прибавляло мне уверенности в себе и в группе, так что я был очень-очень взволнован.

Быть может, я принял пару не самых верных решений из-за того, что не хотел выпускать альбом для галочки, но я действительно хотел сделать что-то особенное. Я хотел получить очень тяжёлую запись, но вместе с тем я писал много акустического материала. Я всё больше и больше уходил в прог, в фолк по типу Ника Дрэйка и даже в джаз. Я писал очень много спокойной музыки, но тем не менее планировал записать тяжёлый альбом. Я хотел чего-то быстрого и агрессивного. Не знаю почему, но хотелось именно этого, я много размышлял над тем, насколько тяжёлым должен быть следующий альбом, однако, продолжал писать акустические наброски, так что идея не клеилась и я не знал как мне быть.

Я поговорил с Йонасом из Katatonia и он предложил мне просто сделать двойной альбом ― что стало идеальным решением. И почему я сам до этого не додумался? Меня взбудоражила эта идея. Может, так и должно было быть: всё встало на свои места.

Я поделился своими мыслями на этот счёт с Энди Блэком и он отказал мне, сославшись на то, что запись двойного альбома обойдётся слишком дорого. Это меня сильно разозлило ― когда речь заходит о творчестве, никто не смеет мне указывать, что стоит делать, а что нет. Это невозможно, чтобы кто-то решал за меня что стоит делать. Если кто-то принимает решения в ущерб моей креативности, это меня выбешивает. Я отказался от предложения записать только один альбом, но и Энди весьма настойчивый человек, так что мне пришлось как-то выкрутиться из этой ситуации, на что я предложил записать на Music for Nations два альбома по цене записи одного; в контракте это будет прописано как один альбом, соответственно и денег мы заработаем как с одного альбома, а не с двух, но зато у них будет сразу два альбома, которые они смогут отдельно продавать. Так что для них это была просто прекрасная сделка, но не для нас ― но это был хороший творческий компромисс для меня и группы. Это показывало, насколько мы честная группа. Когда люди нудят, что мы продались, охота им рожу разбить, ведь ради креативности нам приходилось принимать хреновые с точки зрения бизнеса решения. Я горжусь этим шагом, хоть он и был весьма так себе в плане бизнеса.

Энди Блэк, конечно же, согласился , и как только мы подписали сделку, мне пришлось думать как же осуществить задуманную идею. Времени в студии у нас было забронировано под запись всего лишь одного альбома, в то время как нам надо было записать два. Ну и плюс ко всему, у меня не было готово ни одной песни, только лишь разные фрагменты, которые мы вместе даже не репетировали. Отказ от репетиций тоже был плохим решением ― я тогда считал, что это лучше скажется на творческом подходе, ибо группа будет более вовлечена в сочинение и станет предлагать больше идей. Понятия не имею, откуда у меня были такие странные идеи, но на тот момент мне казалось абсолютно правильным идти в студию без единой песни, без репетиций, без демо-записей.