– Именно поэтому нам и надо со всеми встретиться. У нас нет достаточно надежной информации, чтобы принимать решения или строить планы на будущее. Мы не можем бороться с тем, чего не знаем. Единственное, что нам известно на сегодняшний день, – это то, что этот Университет воплощение Зла. И что мы те единственные, кто должен Его остановить.

– Это еще счастье, что мы нашли друг друга, – заметила Фэйт. – Правда?

– Так это и работает. – Йен покачал головой. – И именно поэтому мы должны быть сверхосторожными. Во всех книгах ужасов всегда есть группка людей, которых сводят вместе неназванные силы Добра для борьбы с силами Зла. А нас всех собрал Стивенс. Он – учитель английского, любитель хоррора и тоже знаком с этой спецификой. Насколько все мы знаем, именно он является причиной происходящего, тем, кто запустил всю эту махину.

– Нет, – возразила Фэйт. – Это только вас с Джимом свел вместе этот мужик. А мы с Джимом нашли друг друга благодаря моему курсу ботаники и еще потому, что он случайно оказался на моем курсе по литературе. – Тут она махнула рукой в сторону Бакли. – И я уверена, что вас двоих свел вовсе не Стивенс. Вы, наверное, знаете друг друга уже много лет.

– А в том, что она говорит, есть смысл, – усмехнулся Бакли.

– И это беспокоит меня еще больше. Мы действуем по какой-то заранее продуманной схеме. И если это не выдумка Стивенса, то тогда это значит, что она, возможно, реальна, – добавил Йен.

– А я думал, что вы с этим мужиком приятели, – заметил Бакли.

– Я встречался с ним. И я ему верю. До определенного момента. Но осторожность никому не помешает. Мы не можем позволить себе ошибиться.

– А что, если Он ждет от нас именно этого? – спросил Бакли. – Что, если Он манипуляциями заставляет тебя делать то, что нужно Ему? Что, если все мы находимся под Его влиянием? Что, если мы лишь думаем, что действуем самостоятельно, а в действительности Он дергает нас за ниточки?

– Тогда мы в полной ж… – Йен пожал плечами. – И с этим мы ничего не сможем поделать.

– Мне кажется, – заметил Джим, – что мы очень много времени тратим на эти… встречи на высшем уровне, или как их еще назвать… Возможно, Стивенс прав и нам просто надо все взорвать к чертовой матери.

– Не думаю, чтобы это было нашей единственной возможностью. И я согласен с Фэйт – в этом случае лечение будет ничуть не лучше, чем заболевание.

– Вы так полагаете?

– А что, если нам просто уехать? – вмешалась в разговор Фэйт. – Что, если мы уговорим всех уехать? Мы можем заставить администрацию закончить этот семестр пораньше и отправиться на каникулы. А когда вернемся…

– Когда мы вернемся, – продолжил Йен, – то начнем всё с того места, на котором остановились. – Он помолчал. – И потом, почему ты думаешь, что мы сможем уехать?

– Я же уезжаю каждый день. Возвращаюсь домой после уроков или после работы.

– Но на следующий день ты вновь приезжаешь сюда…

– Он прав. – Джим, кивнув, повернулся к Йену. – Я здорово о ней беспокоился и предложил ей все здесь бросить и перевестись в другой универ, но она не согласилась.

– Потому что я не хотела, – зло огрызнулась Фэйт.

– Потому что ты не могла.

– Как сказал Стивенс, мы – здоровые клетки этого организма. Но мы – лишь клетки. А это значит, что в какой-то степени находимся под влиянием Университета. И именно поэтому я хочу, чтобы все мы были сверхосторожны.

Бакли встал и выбросил коробку из-под пончиков в корзину для бумаг.

– У меня лекция в девять сорок пять у первокурсников, – сказал он, отряхивая крошки. – Мне пора.

– Поговори со всеми, с кем сможешь, – попросил Йен. – И сегодня же. Мы больше не можем откладывать.

– Есть, сэр-р-р! – Бакли взял под козырек, затем кивнул Джиму и Фэйт: – Увидимся.

– У меня тоже занятия. – Йен встал. – Почему бы нам не встретиться опять завтра и не обсудить, что нам удалось сделать?

– Хорошо, – Джим кивнул.

– Может быть, нам стоит помолиться? – предложила Фэйт, вставая.

– Не помешает, – ответил Йен, даже не улыбнувшись.

II

Когда они вышли из кабинета доктора Эмерсона, Фэйт почувствовала озноб. Пока все они вместе были в кабинете, все было вроде бы прекрасно. Сидя и разговаривая там, она чувствовала себя так, как будто может свернуть горы и преодолеть любые препятствия на своем пути. Но как только вышла за дверь, почувствовала себя разведчиком, передвигающимся по вражеской территории.

Нет, не так.

Она почувствовала себя Пиноккио в животе кита.

Да. Точно. Фэйт посмотрела вдоль коридора, и ей показалось, что она находится внутри какого-то монструозного врага и передвигается внутри его тела по кровеносным сосудам.

Американскую литературу они благополучно пропустили, так что она была рада, когда Джим сообщил, что у него есть свободный час или около того. Фэйт сразу же припомнила ему его обещание пойти вместе с ней в библиотеку, чтобы поставить Фила в известность, что она увольняется. Ей все еще отчаянно нужна была работа, но она ни за какие деньги не могла оставаться в библиотеке.

Так что – назад в «Бургер Кинг».