Читаем Универсальный принцип полностью

Защитник положил листовку в карман и поднялся по ступенькам на шаткое крыльцо, откуда спустился в затхлое подполье библиотеки. В холле библиотеки толпился народ: все хотели попасть на запрещённый цикл лекций. Карл Фридрихович потоптался с остальными. Дважды его больно ткнули под рёбра, трижды наступили на ногу. От кого-то из присутствующих дурно пахло самогоном, от кого-то несвежим бельём.

Спустя пару минут в лекционный зал начали запускать публику. Защитник влился многоголовой волной в душную, прокуренную аудиторию. Загремели приставные стулья, задвигались скамьи, загоготали, запричитали и вдруг разом все замолчали. На импровизированной сценке появился Ведущий в коротком тёмно-синем пиджачке и залихватски подвёрнутых брючках:

– Добрый вечер, друзья! Спасибо, что пришли. Итак, поздравляем вас с третьим днём запрещённых лекций…

– А кто запрещает-то? – раздалось из зала.

– Кому надо, тот и запрещает! – строго сказал Ведущий.

– Да кому вы нужны…

– Вы пьяны! Освободите аудиторию!!!

– Как это? А свобода? Это противоречит понятию свободы…

– Вы шпион!

– Я? Я…

– Вы нарушаете регламент нашей лекции!

– Ничего я не нарушаю… Я просто спросил! Да и какой регламент? Свобода же… Кругом одна свобода!!! Вы только посмотрите в эти свободные лица-а-а!!! Все жаждут свободы… И побольше… Черпайте эту свободу ло-о-ожками… Поло-о-овниками… Тащите её мешками в свои убогие квартирки… Набивайте ею карманы!..

– Нам всё ясно! Вас специально подослали наши конкуренты или даже государственники, дабы сорвать сегодняшнее мероприятие!

– Никто меня никуда не подсылал… Вы сами пишете, между прочим, на своих афишах, что хотите с госструктурами сотрудничать, а теперь вам чем-то они не угодили…

– Мы за взаимовыгодное сотрудничество в границах дозволенного! Одно из условий сотрудничества – уважение и почитание! Срывать наше мероприятие мы не позволим!

– Да не собираюсь я ничего срывать… Просто спросил… Ведь действительно интересно, кто ваши лекции запрещает, если афиши по всему городу развешаны и народу пришло до…

– Хватит болтать! Покиньте аудиторию немедленно!

– А как же свобода мыслей, действий и во…

– Заткни-и-ись! – бардовое лицо Ведущего эффектно контрастировало с его тёмно-синим пиджачком, он зло замахал ручками. Двое упитанных охранников тотчас же вытащили нарушителя спокойствия вон.

Ведущий мило улыбнулся:

– Извините нас, друзья, за доставленные неудобства. Спасибо, что пришли. Итак, тема сегодняшней лекции «А свобода-то голая!». Сначала предлагаю определить размеры допустимого обнажения свободы. Ведь мы не можем обнажить её полностью, всегда какая-то область свободы будет прикрыта, так сказать, фиговым листиком. Но ведь каждый из нас пробовал (и не раз пробовал!) сорвать фиговый листик с себя и с других. И что же? Все попытки были тщетны… Почему?

Потому что ма-а-аленький кусочек свободы… (Ну… в некоторых случаях средненький, большой совсем редко…) Итак, ма-а-аленький кусочек свободы, тот, что вечно прикрывают фиговым листиком, нечаянно в процессе многовекового взаимодействия с этим самым фиговым листиком стал с ним одним целым! Как такое могло случиться? Скорее всего оттого, что свобода имеет достаточно пористую структуру, поэтому непрестанно подвергается опасности быть вовлечённой в тот или иной диффузионный процесс. Но ведь диффузионные процессы возможны исключительно между твёрдыми телами… Верно!

И вот именно в те моменты, когда наш ма-а-аленький кусочек свободы становился твёрдым, а истории о фиговых листиках становились легендами и их высекали в мраморе… именно тогда и случались диффузионные процессы! Так petit à petit наш маленький кусочек свободы не просто соединился с фиговым листиком, но даже пустил в него корни! И теперь даже самая свободная свобода имеет кро-о-ошечный фиговый листик, из которого и произрастает и без которого не может существовать! Это противоречивое явление добавляет известную долю пикантности свободе вне зависимости от того, под каким соусом и с каким гарниром было подано ваше свободолюбивое блюдо! Испортить вкус свободы невозможно.

Она будет иметь тот же головокружительно терпкий бархатистый вкус с безупречно развитой вязкостью и маслянистосью, вкус слегка округлый, в меру длительный, которым уже многие сотни лет наслаждаются люди в разных уголках планеты. Употреблять свободу лучше всего дозировано. Идеальная температура для первичной дегустации составляет 15-17 °С. Гурманы свободы, как правило, имеют собственную шкалу температур, составленную посредством личного многолетнего опыта.