Читаем Универсальный принцип полностью

Э-э-э, нет! Ты, пожалуйста, фантазируй, но всё в рамках дозволенного! С грязью себя тоже особо не смешивай! Самоуничижение – недуг вредный, почти что вирус! Если заболеешь – лечиться будет трудно!!! И вообще… почему это я не додумал до логического завершения? Додумал… Додумал, что свобода свободой, но уехать очень хочется. А вот интересно… захотелось бы мне заграницу, если бы путь туда лежал через несвободу? Да-а-а! Вот это мысль! Я ещё и не на такие мысли способен!!! Я вообще способен даже не думать про свободу… То есть взбунтоваться! А ведь действительно, отчего это я всё время вынужден думать про свободу? Ведь, по сути, эти мысли делают меня несвободным! Зависимость от свободы… И лекции о свободе, на которые я сейчас спешу – прямое доказательство моей зависимости. До чего же я додумался?! И сам!!! Без книжек всяких… Конечно же, надо ехать учиться! Не о чем даже и думать… С такими-то способностями… Зависимость от свободы! Какая глубина мысли! Прекрасно! Да-а-а, а ведь я действительно кое-чего да стою!!! Ха-ха, мир ещё узнает обо мне! И поразится неординарности моего мышления!!!

Лицо Карла Фридриховича расплылось в счастливой улыбке, он свернул на бульвар и, быстро миновав его, выехал на пустынную площадь Великого противодействия. В центре площади стоял мраморный пьедестал, на котором не возвышалось ничего. Это был памятник «Исчезнувшему герою». Защитник пересёк площадь, въехал в переулок Доблестных офисных работников и остановился перед домом №5. На деревянном крыльце, откуда по крутой лестнице можно было спуститься на -3 этаж, толпился народ. Карл Фридрихович соскочил с велосипеда и закрутил головой. На противоположном фасаде он разглядел водосточную трубу, подтащил к ней велосипед и принялся приковывать его цепью. Неожиданно из темноты выдвинулся худощавый парень в клетчатой рубашке:

– Привет!

– Добрый вечер, – нехотя отозвался Защитник.

– Ты… ну… Хорошо закрепляй… Вон! Вокруг кронштейна намотай… Тут… ну… Воруют!.. Я, собственно, чего… Хочешь узнать… ну… почему нам нельзя возвращаться… ну… в прошлое?

Защитник проигнорировал вопрос и продолжил возиться с цепью.

– Что? Совсем не интересует, как обстояли дела… ну… не знаю… – парень достал спичечный коробок, выудил оттуда спичку и воткнул её между зубами. – Ну… дела в социальной там… в культурной жизни… Ну… в Цифровой период в смысле… Ну?

Защитник поднял глаза и кивнул:

– Интересует.

– Ну! – парень исчез и мгновение спустя появился вновь. – Жди!

Защитник кивнул. Погромыхав изрядно цепью и позлившись, он приковал наконец свой велосипед и выпрямился. Тотчас же из темноты выпрыгнул знакомый парень. За ним следовала строгая девушка в очках, волосы её были собраны в благообразный пучок:

– Здравствуй, брат мой, – строгая девушка приветливо улыбнулась и протянула руку. Карл Фридрихович чуть коснулся бледной ладони и вопросительно посмотрел в раскосые зелёные глаза.

– Хотите познакомиться с социальной проблематикой Цифрового периода? Хотите узнать много того, что скрывают от вас Цифропропогандёры?

Защитник кивнул:

– Любопытно было бы, – медленно проговорил он и на всякий случай огляделся.

– Тогда приходите сюда завтра, в это же время… Здесь будет проходить встреча с отцом Феодосием! Распорядителем божественных ивентов, филантропом 5 разряда, лауреатом премии «Самый весёлый приход» и неоднократным номинантом на госбонус «Менеджер от Бога»! Отец Феодосий является почётным хранителем деревянного крестика, в котором Иоанн крестил спасителя нашего единственного! – тоненький указательный пальчик строгой девушки взметнулся вверх. – Агнца божьего… Пастыря нашего доброго…

– Ну, – парень дёрнул строгую девушку за рукав.

– Хм-хм, – строгая девушка потрясла своим благообразным пучком. – Завтра на встрече отец Феодосий будет читать лекции по вопросам социальных взаимодействий в Цифровой период, а именно, – строгая девушка поднесла тетрадный листок к самому носу, – этико-культурная проблематика отпеваний посредством видеоконференций; социально-педагогическая деятельность соборных модераторов; вопросы ликвидации цифрового сиротства; трудности отпущения грехов с помощью служб мгновенного обмена сообщениями… и многие-многие другие вопросы, – строгая девушка опустила тетрадный листок и улыбнулась. – Отец Феодосий обнажит перед вами всю абсурдность Цифрового периода и объяснит невозможность, историко-культурную необратимость и несовместимость человека, – строгая девушка вновь поднесла тетрадный листок к носу, – с маршру-тизи-руемым протоколом сетевого уровня семейства ТэЦэПэАйПэ, – строгая девушка аккуратно сложила тетрадный листок и поправила очки.

– На, – парень всунул в ладонь Карла Фридриховича листовку и утащил строгую девушку в темноту.