Читаем Умное Небо полностью

Ваша просьба навела меня на мысли (это не имеет никакого отношения к тому, что я с удовольствием предполагаю при первой возможности ее выполнить). Кто-то кого-то недавно обвинил в неправильном отношении к святым (вроде протестантском) — только как к людям для примера, но не для молитвы. Тогда я поймала себя на том, что я никогда не молюсь святым, и когда я думала об этом — оправдывала себя тем, что и в молитвенном правиле (утреннем и вечернем) молитва святым — и то только «имя которого носишь» — занимает крохотное место: другим святым, конечно, молится вся церковь в дни их памяти — а я от этого по глухоте и всем обстоятельствам отодвинута, и очевидно во мне это заросло. А вот Елена Яковлевна[10] имела обыкновение (теперь она совсем не рисует), как только у кого-нибудь рождается ребенок и дают ему имя — рисовать и дарить этого святого. А когда ко мне стали обращаться с той же просьбой люди, у которых ни Спаса, ни Божьей Матери нет, я уговаривала переменить тему, и они соглашались с тем, что их сын или дочь будет первым делом молиться (если вообще будет молиться) Спасителю или Божьей Матери, а не неизвестному ему святому. Очевидно я вроде той первой особы, о которой здесь упомянула, немного еретичествую?! Вот мы с Еленой Александровной[11] сейчас много дискутировали по вопросам связи иконы с молитвой, — а я все настаивала, что связь не совсем там, где она ее видит; недаром Григорий Богослов — или Иоанн Златоуст? — говорил, что, став на молитву, надо взглянуть на икону и потом закрыть глаза (в храме теперь у нас бабушки решительно, к сожалению, не позволяют закрывать глаза, говоря: «В храм приходят не для того, чтоб спать!») — и Ваша серия навела меня наконец на то, что я никак не могла формулировать — что тут дело не в том, чтоб смотреть и это якобы помогает, или по ее теориям часто развлекает (она даже часто называет «повествовательные» праздничные и т.п. — «развлекательными»), а в Присутствии… И вот это Присутствие будет самое главное в этой серии. Это я просто делюсь своими мыслями, с которыми собираюсь приступить к выполнению задачи, и «ответа» на мое письмо, конечно, совершенно не нужно; в другой раз, уже из дома, буду писать вопросы, их много ведь, конечно, — а теперь перед отъездом (еще не имею билета и не знаю, как все будет) хотела извиниться, что так глупо себя вела при прощании с Вами, но совсем растерялась от общества, — и повторить, что я счастлива, что с Вами встретилась, мечтала об этом всю зиму — и вот Бог привел!

Да сохранит Он Вас!

с. И.

Последняя поездка к Вам была опять чудесна, начиная с самых малых вещей — ведь я так часто больна, беспомощна и из-за старости, и из-за глухоты — а тут словно во всем была явная помощь… И как это передать тем (а таких у меня много даже пожилых), которые все твердят — «кому дано, а кому нет, это как слух — у одних есть, а у других — нет», не видя и не замечая «веяние тихаго ветра...»!  --------------- 

======================================

2/IХ

Дорогая Юлия Николаевна!

Ни в коем случае не ограничивайте себя: пишите всякий раз, когда чувствуете необходимость. Я могу не сразу ответить, но в конце концов — отвечу. Ведь Вы действительно живете в пустыне, и на нас всех, живущих хоть и не в райских кущах, но все же с большими возможностями контактов и обмена, лежит обязанность распространять их туда, где есть нужда.

Что сказать мне Вам по поводу поднятого Вами вопроса? Начну с того, что сам всегда остро чувствовал духовную связь со святыми и постоянно к ним обращаюсь. Верно, что в их культе нередко проскальзывали элементы язычества, верно, что многие святые — лица легендарные (и даже трансформированные боги), верно и то, что почитание их иногда вредно отражается на благочестии, подменяя обращенность ко Христу, единственному нашему Спасителю. Однако все это уклоны и искажения.