— Врррунья, — промурлыкала в ответ Мэри, ощущая себя в ее объятиях неожиданно уютно. И вдруг поняла — не умом, но сердцем, душой, — что́ с ней совсем недавно произошло. Она чуть не погибла. А Джуди ей даже ближе, чем родная сестра.

— Боже, поверить не могу! — Джуди выпрямилась. — Там снаружи репортеров толпа. Так что же случилось?

Детектив Гомес, давно уже ожидавший возможности поговорить с Мэри, тоже подошел к ней:

— Вы ведь помните, Джуди, мы с вами уже встречались, когда произошло нападение на Кейшу. Я хотел бы задать Мэри несколько вопросов. А потом вы сможете поговорить.

— Идите вы к черту! — Джуди в ярости повернулась к нему. — Расследование они проводят! Да за вас всю работу Мэри делает! Еще и жизнью рискует! А вы? Вы съездили к Сараконе?

— Пока еще нет, но…

— Все ждете? Чего? Они же пытались убить ее!

— Сараконе? Это был молодой Сараконе? Мы думали, какой-то уличный бандит. — Отец Мэри решительно подступил к Гомесу. — А ну-ка, детектив! То, что сказала Джуди, правда?

Мэри подняла руку:

— У меня есть идея. Джуди, ты останешься здесь, послушаешь наш с детективом Гомесом разговор. Мам, пап, я вас очень люблю, но вам лучше выйти — выпейте там кофе, подождите меня. Хорошо?

— Это был Сараконе, Мар? — спросил отец. — Да я его голыми руками убью!

— Все в порядке, пап, — сказала она. — Прошу тебя, не волнуйся. И не беспокой маму.

— Ладно, ладно! Мы с мамой будем ждать тебя в коридоре.

— Спасибо, пап. — Мэри повернулась к Гомесу: — Итак, сейчас все расскажу. Но сначала — у вас есть новости о Кейше?

— Она все еще не пришла в себя.

Мэри рассказала детективу о свидании, о своем обращении в суд, о том, как она ударила Джастина. Закончила она так:

— В общем, я думаю, это Джастин нанял Мистера-«лексус». Тот проследил меня до ресторана и устроился там у бара. А я просто перепутала одного человека с другим.

— Понятно, — сказал Гомес. — Ну что ж, испытания вам выпали и вправду очень тяжелые. Вы, наверное, страшно устали.

— Ничего, — ответила Мэри. — А что вы узнали об этом несчастном?

— Мы прогнали его отпечатки через нашу систему распознавания. Его звали Эл Денсер, родом из Балтимора. Разыскивается полицией двух штатов по подозрению в убийствах. Да и мы его тоже с недавнего времени ищем.

Мэри передернуло:

— Он казался таким обаятельным. Не могу поверить, что меня так провели. Ужас. Ну а что Чико? Где он?

— Неизвестно пока, — покачал головой Гомес. — Завтра мы прямо с утра съездим к Мелании, и к Джастину Сараконе.

— Джастин с утра будет в суде.

Глаза Гомеса округлились:

— После того что с вами случилось, вы собираетесь в суд?

— Конечно, — ответила Мэри, и бровью не поведя.

— Так или иначе, мы заглянем к Джастину. — Гомес встал. — Ну что ж. Если хотите, я могу подвезти вас и ваших родителей до дома. Боюсь, без нашей помощи вам от репортеров не отбиться. И мы будем вам очень признательны, если вы не станете делать сегодня никаких заявлений для прессы.

— Конечно.

Но уж завтра ее от таких заявлений никто не удержит.

Глава 12

Мэри, хоть и рада была снова оказаться в родительском доме, от волнения почти не спала. Она поднялась в семь утра, приняла душ, надела старый костюм сестры, почти подходивший к поношенным туфлям, которые Мэри хранила у родителей на случай, если ей вдруг придется пойти отсюда на мессу. И, выпив для подкрепления сил кофе, отправилась исполнять свою работу.

Дождь не разогнал репортеров. Они бросились к Мэри, как только она вылезла из такси перед зданием суда. Журналистов было не меньше сотни: мелькали логотипы Эй-би-си, Си-эн-эн, местных каналов. И подумать только, чтобы добиться такого интереса к своей персоне, ей потребовалось всего лишь позволить убить себя — почти.

— Мэри! Мэри! На секунду.

— Мэри, вы знали человека, который вас похитил?

— Мэри, правда ли, что все это связано с Сараконе?

— По окончании суда. До этого никаких комментариев, — отмахивалась Мэри от микрофонов, тянувшихся к ней на длинных штативах. — Никаких комментариев. Спасибо.

Она пробилась к высокому кирпичному зданию, проскочила, пригнув голову, его вестибюль и наконец оказалась в зале суда.

Зал суда был огромный — длинные скамьи из темного дерева и судейское возвышение в тон, над которым словно светилась огромная позолоченная печать судов Соединенных Штатов. Однако этот огромный зал, казалось, того и гляди лопнет по всем своим федеральным швам. Все скамьи были забиты пришедшими на слушание людьми.

Мэри ступила на синюю ковровую дорожку в центральном проходе, и зал мгновенно загудел. Весь circolo, все как один, замахали руками, приветствуя ее. Мэри кивнула в ответ и прошла к предназначенному для представителей истца столу, за которым уже сидела Джуди — в черном костюме, с подведенными, что случалось редко, глазами и аккуратно уложенными волосами.

— Какая ты хорошенькая, — прошептала, усаживаясь, Мэри, и Джуди улыбнулась в ответ.

— Как тебе нравится роль первой скрипки?

— Ужас.

— Главное — размажь их по стенке.