— Не хотите, чтобы вас обскакали другие, приходите в суд, — ответила Мэри и хлопнула крышкой телефона. Потом заглянула в блокнот и набрала номер следующего в ее списке журналиста, предварительно сбавив скорость из уважения к безопасности на дорогах. Миру Джастина — и его доходам — предстоит вскоре рухнуть и обратиться в прах. Тем или иным способом, но она его уничтожит.

Мэри обзвонила еще пятерых журналистов, а затем отложила телефон. Она была довольна — теперь-то уж точно разговоры пойдут, а Мэри хотелось поднять как можно больше шума. Ей нужно было, чтобы придуманная Сараконе схема предстала на всеобщее обозрение, чтобы их поволокли, визжащих и отбивающихся, на помойку. Сделка с «Рейнхардтом» будет сорвана, а как только получатели лицензий узнают, что юридическая сила оригинального патента и, стало быть, всех производных от него патентов вызывает сомнения, они откажутся вести дела с Джастином, и его лицензии начнут валиться одна за другой, точно костяшки домино.

Мэри перевела машину на скоростную полосу и уже собралась позвонить в больницу, чтобы справиться о состоянии Кейши, но тут затренькал ее сотовый. Она взяла его с сиденья, мгновенно узнала высветившийся на экранчике номер и почувствовала, что сердце ее падает, норовя добраться до самых пяток.

— Привет, Бенни, — сказала она в трубку.

— Как ты, Динунцио? Уже пришла в себя или все еще оплакиваешь Кавуто?

— Нет, больше не оплакиваю.

Смерть Фрэнка теперь казалась ей таким далеким прошлым, к тому же у нее имелись и другие поводы для тревоги.

— А что поделывает Брандолини?

— Пока притих.

Вернее, ушел в федеральный суд.

— Ты оставила его в покое?

— Целиком и полностью. С ним я закончила.

— Ну, значит, ты готова!

— К чему?

— Только не говори, что ты забыла!

— О чем? — жалобно спросила Мэри.

Глава 11

В набитом людьми ресторане дым стоял коромыслом, и от этого настроение Мэри только ухудшилось. Свидание вслепую было последним, в чем она сейчас нуждалась. Рука у нее болела неимоверно, ей нужно было подготовиться к завтрашнему заседанию суда да и выспаться тоже не помешало бы. Однако выбора у Мэри не было. Со своим знакомым Гэри Хэддоном Бенни договорилась о свидании еще неделю назад, а Мэри напрочь о нем забыла. И отменить его, не оскорбив Бенни, она не могла.

Она огляделась, отыскивая Гэри, и решила пройти вперед. Бенни сказала, что он прекрасен — адвокат, высокий, тридцати пяти лет, темноволосый, сложен как бог. Узнать его будет совсем нетрудно — по темной рубашке-поло и бицепсам.

— Не позволите угостить вас чем-нибудь? — произнес слева мужской голос, пока Мэри пробиралась по залу.

Мэри обернулась: худой лысый мужчина. Явно не Гэри Хэддон.

— Э нет, спасибо. У меня здесь встреча.

А потом вдруг мужчина в черной рубашке-поло, сидевший у бара, обернулся и встретился с ней взглядом. Мускулатура, о которой говорила Бенни. Гэри Хэддон. Действительно хорош! Мэри помахала ему, он ответил ей, встал и пошел навстречу.

— Гэри Хэддон?

— Да. А вы… Мэри? — Он улыбнулся, почти застенчиво, и Мэри это понравилось. А высокий-то какой! — Рад знакомству.

— Я тоже. Простите, что опоздала.

— Пустяк дело.

Для адвоката Гэри был, пожалуй, немного слишком спортивен, как, собственно, и Бенни. Понятно, почему они подружились, несмотря даже на то, что бицепсы у Бенни помощнее.

— Тут вот со столиками беда, — продолжал Гэри. — Ждать надо целый час, пока что-нибудь освободится.

Вот и хорошо. Может, на этом и распрощаемся?

— Что же делать?

— А давайте поищем другой ресторан.

О, черт бы подрал это свидание!

— Мм, ладно. Вот только где? Я не очень хорошо знаю эти места. Это территория Бенни.

— Да и я их толком не знаю, но что-нибудь непременно найдется. У меня машина. Пойдемте. — Гэри вклинился в толпу, но тут же обернулся и взял Мэри за руку.

За ручки, значит, держимся? Мэри позволила ему вести себя, хотя, по правде сказать, держать девушку за руку — прерогатива бойфренда, на свиданиях вслепую это не приветствуется.

Вскоре они оказались на улице, и Мэри с удовольствием вдохнула свежий воздух. А затем настороженно огляделась по сторонам. «Эскалады» нигде видно не было, да и никого похожего на Чико или Джастина тоже.

— Машина стоит немного дальше по улице, — сказал Гэри. Ее руку он уже отпустил, и она это оценила. Джентльмен.

— Отлично, — отозвалась Мэри и пошла за Гэри к его машине.

— Так расскажите же мне о себе, Мэри.

— Да мне и рассказывать-то особенно нечего. Работаю у Бенни, живу в городе. — И вообще терпеть не могу говорить о себе. — А вы? Каким именно правом вы занимаетесь?

— Да, знаете, самым обычным.

Мэри улыбнулась:

— Вы имеете в виду общую практику?

— Нет. Я имею в виду самую что ни на есть обычную практику. Такую, чтобы не сидеть без клиентов. Да и вообще, я человек самый что ни на есть обычный. — Гэри усмехнулся. Они уже дошли до «лексуса» цвета бронзы. Гэри открыл перед Мэри дверцу. — И машина у меня самая обычная. И собаку я держу тоже обычную. Дворнягу.