Читаем Улисс полностью

Её универсальность; её демократичная уравненность и верность своей природе при нахождении своего уровня; её обширность в океане Меркаторовой проекции: её неизмеримая глубина в Сандемской впадине в Тихом океане, превосходящая 8000 саженей; неугомонность её волн и частиц поверхности, посещающих поочередно все точки её морского ложа; независимость её соединений; разнообразность состояний моря; её гидростатичная упокоенность при штиле; её гидрокинетическая турбулентность в половодье и при бурных приливах; её стерильность в приполярных ледниковых шапках, арктической и антарктической; её климатическая и коммерческая ценность; её преобладание, в пропорции 3 к 1, над сушей планеты; её неоспоримая гегемония, простирающаяся на квадратные лиги по всему региону ниже субэкваториального тропика Козерога; многовековая стабильность её доисторического бассейна, с его непроницаемым дном; её способность растворять и содержать в растворе все растворимые вещества, включая миллионы тонн самых драгоценных металлов; её методичное размывание полуостровов и отлогих мысов; её производство наносных отмелей; её вес, объём и плотность; её невозмутимость в лагунах и высокогорных озерцах; градация её окраски в жаркой, умеренной и холодной зонах; её подвижные разветвления в континентальных озеросодержащих потоках и самотечных океаноносных реках с их притоками и трансокеаническими течениями: гольфстримом, северным и южным экваториальными течениями; её неудержимость в моретрясениях, водовыбросах, артезианских колодцах, извержениях, потоках, водоворотах, паводках, разливах, ключах, водогонах, водоразделах, гейзерах, водопадах, водовертях, мальштремах, наводнениях; её широкая круготеррестриальная агоризонтальная дуга; её затаённость по весне и скрытая влажность, обнаруживаемая рабдомантическими, либо гидрометрическими инструментами, примером чему – дыра в стене ворот Аштауна, влагонасыщение воздуха, дисциляция росы; простота её состава, две составляющие части водорода с одной составляющей частью кислорода; её целебные свойства; её упругость в водах Мертвого моря: её необоримое просачивание в ручейках, оврагах, неадекватных дамбах, течах в корабельных трюмах; её способность очищать, гасить жажду и огонь, вскармливать растительность; её непогрешимость в роли парадигмы и парагона; её метаморфозы, такие как пар, туман, облака, дождь, изморось, град; её сила в напорных гидрантах; разнообразие её конфигураций в протоках и заливах, бухтах, излучинах, проливах, атоллах, архипелагах, каналах, фиордах, шхерах, приливных эстуриях и лиманах; её твёрдость в глетчерах, айсбергах, торосах; неукоснительность её работы в гидравлических мельничных колёсах, турбинах, динамо, электростанциях, отбеливальнях, дубильнях, трепальнях; её полезность в каналах, реках, если судоходны, в доках плавучих и по очистке днищ; её потенциал, который возможно извлекать из усмирённых приливов и водотоков ниспадающих с уровня на уровень; её донная фауна и флора (акустичны, фотофобны) состовляющие основное население—количественно, если не буквально—земного шара; её вездесущность, 90%-ая доля в составе тела человека; вредоносность её миазмов в озерных трясинах, лихорадных болотах, зацвёлых водах, загнивающих, при убывающей луне, прудах.


Почему, поставив полунаполненный чайник на воспламенившийся уже уголь, он снова вернулся ко всё ещё струеиспускающему крану?

Помыть загрязнившиеся руки куском частично использованного лимонопахнущего Барингтонова мыла с прилипшей к нему бумагой (купленого тринадцать часов тому за четыре пенса и пока ещё не оплаченного), в освежающе прохладной извечно неизменной, но постоянно изменяющейся воде и вытереть их—лицо и руки—полосой краснокаёмчатого голландского полотна, переброшенного на деревянный прокручивающийся ролик.


Чем объяснил Стефен свой отказ на предложение Цвейта?

Что, как гидрофоб, он равно ненавидит и частичный контакт при окунании, и полный при погружении в холодную воду (последняя ванна принималась им в октябре месяце предыдущего года), и он не терпит жидких состояний стекла и кристаллических субстанций, не верит водянистым расплывчатостям языка и мыслей.


Перейти на страницу:

Похожие книги

пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ
пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ-пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅ-пїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ.

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Приключения / Морские приключения / Проза / Классическая проза
Люди как боги
Люди как боги

Звездный флот Земли далекого будущего совершает дальний перелет в глубины Вселенной. Сверхсветовые корабли, «пожирающие» пространство и превращающие его в энергию. Цивилизации галактов и разрушителей, столкнувшиеся в звездной войне. Странные формы разума. Возможность управлять временем…Роман Сергея Снегова, написанный в редком для советской эпохи жанре «космической оперы», по праву относится к лучшим произведениям отечественной фантастики, прошедшим проверку временем, читаемым и перечитываемым сегодня.Интересно, что со времени написания и по сегодняшний день роман лишь единожды выходил в полном виде, без сокращений. В нашем издании воспроизводится неурезанный вариант книги.

Сергей Александрович Снегов , Герберт Уэллс , Герберт Джордж Уэллс

Классическая проза / Фантастика / Космическая фантастика / Фантастика: прочее / Зарубежная фантастика