Читаем Укротители непогоды (СИ) полностью

— Неужели здесь тебе нравится больше, чем в Злата Горе? — спросила я Дарко, отставляя миску из-под похлебки и присматриваясь к форели. Возникло ощущение, будто кто-то за мной наблюдает.

— Конечно, — ответил он, прожевав. — Город, конечно, суматошный, но порядка больше. Да и воздух в горах здоровее. Неужели тебе здесь нравится меньше? Это же ваш, магов, город.

— Не очень-то меня тянет обратно в Университет, — ляпнула я, и тут же пожалела об этом, глядя, как помрачнел Дарко. — В смысле, для меня это место — воспоминания о жизни взаперти.

Еще лучше. Кто ж меня вечно за язык-то тянет? Да еще это чувство чьего-то взгляда. Бесит. Я раздраженно начала озираться по сторонам. Народу в зале тьма, и время от времени кто-то на нас поглядывает. Кто из них сверлит меня глазами весь ужин — не понять.

— Ты прав, Дарко, — сказал Сокол. — Тут замечательные места. Красивые горы, симпатичный городок. Приветливые жители. В реках форель ловится. А в деревушках неподалеку удивительно тихо и спокойно. Увы, у нас мало времени, поздней осенью дорога на юг станет не самой приятной, а то задержались бы на несколько дней.

Дарко нахмурился, глядя в мою сторону. Ну чего опять? Внезапно на мое плечо легла чья-то ладонь. От неожиданности я вздрогнула.

— Что тебе нужно? — процедил сквозь зубы Дарко, поднимаясь с места. Я обернулась и увидела своего университетского приятеля. Он держал меня за плечо и улыбался, не обращая на Дарко никакого внимания.

— Павле? — воскликнула я удивленно. — Что ты здесь делаешь?

— Зашел поужинать, — ответил он как ни в чем не бывало, словно мы только вчера расстались. — А ты-то здесь какими судьбами? Ты же уехала с… прошу прощения. Приветствую вас, мудрейший.

Он поклонился Соколу, который с легкой улыбкой кивнул в ответ. Дарко смотрел на нас подозрительно.

— Мы проездом в Фортице, завтра кое-что докупим и едем дальше. А ты что же, из Университета опять удрал? — я вспомнила о близости квартала красных фонарей и хихикнула.

— Ты же не знаешь! Я ушел из Университета, провалил экзамены, — он говорил об этом, как о какой-то ерунде. А у меня сердце защемило. Как же так, Павле! — Подался вот в город, в ученики к мастеру артефактов. А ты такая стала… другая. Взрослее, что ли. Еле узнал!

— Мне так жаль, — протянула я, не удержавшись, чтобы не коснуться его ауры. Вот почему я сразу его не узнала. Магия еле теплилась. Но ее хватило, чтобы почувствовать, как я его ощупываю. Он напрягся, и я смущенно потупилась.

— Это не так страшно, как кажется, — голос Павле звучал нарочито беспечно. — Меня же не полностью лишили дара, на всякие штуки по мелочи хватает. Девчонкам нравится. Да и сны вернули. И теперь я свободный человек — живу, как хочу.

— О чем вы? — спросил Дарко. Мы одновременно на него посмотрели. Почему-то Павле ему явно не нравился. Я вздернула подбородок. Какое он имеет право дерзить моим друзьям?

— Твой приятель антимаг? — спросил Павле. Во взгляде его появилось презрение. — Неужели ты настолько успела надоесть наставнику своими выходками, что он приставил к тебе надсмотрщика?

— Видишь ли, Дарко, — равнодушно сказал Сокол, потягивая вино, — тем, кто, по мнению наставников Университета не должен по каким-либо причинам заниматься практической магией, ограничивают магический дар. После этого их способностей хватает разве что на то, чтобы заговорить зубную боль. Или, к примеру, зажечь свечу. Или и того меньше. Большинство ремесленников Фортице как раз из таких. Бывшие маги.

— Еще один жестокий закон, — угрюмо произнес Дарко.

— Много ты понимаешь, — отозвался Павле, метнув в его сторону еще один презрительный взгляд.

— Достаточно, чтобы не рассыпаться в благодарностях перед теми, кто распоряжается мной, как вещью.

— Да прекрати ты! — воскликнула я, встала и ухватила Павле под локоть. — Пойдем, расскажешь все.

Мы отошли в уголок, где стояли какие-то бочки, и Павле наспех рассказал мне, как ему живется в мастерской, а я поведала ему о том, как мы с Руженой помогали Соколу победить бурю века. Он был весьма впечатлен и даже не сразу поверил, так что я осталась довольна. Наконец кто-то смотрел на меня с уважением и восторгом! Правда, все это время спину сверлил другой взгляд — мне даже не пришлось оборачиваться, чтобы почувствовать его. Но почему бы заодно и Дарко не позлить?

— Павко! — окрикнул хриплый незнакомый голос. Обернувшись, я увидела грузного мужчину в фартуке, с короткой, но густой бородой, небрежно и коротко стриженого. — Вот ты где, поганец! Его мастер с собаками ищет, а он с девицами шашни разводит.

— Прости, но мне бежать надо, — скороговоркой выпалил Павле. — Ты не забывай, как другой раз проезжать будете — непременно меня разыщи, обещаешь?

— Обещаю, — только и успела ответить. Мой приятель уже направлялся к выходу, подгоняемый ворчанием своего провожатого.

Вздохнув, я вернулась за стол. С него уже убрали остатки трапезы, Сокол с Дарко допили вино и ждали меня, с любопытством наблюдая за окончанием беседы. Как они могут быть такими бессердечными!

— Я пойду в комнату, — пробурчала, отворачиваясь. Настроение испортилось.