Читаем Украсть у президента полностью

Села в машину к своим будущим постояльцам и стала показывать водителю дорогу. Оказалось, действительно недалеко. Совсем рядом с Садовым кольцом. Тихий двор. Подъезд жилого дома. Металлическая дверь. Хозяйка отперла дверь, гремя ключами, и когда Корнышев увидел внутреннее убранство квартиры, то понял, что никакая она не хозяйка, эта женщина. Гнездышко на час. Приют для одиноких сердец. Редко кто здесь остается на всю ночь, похоже.

– У вас проплачено до восьми, – сказала женщина. – В восемь я приду.

Корнышев уже увидел, что изнутри открыть дверь без ключа невозможно. Но поостерегся спрашивать про ключ.

Женщина провела постояльцев по квартире, показывая, где что находится. Потом она ушла.

– Ты расслабься, – сказал Корнышев проститутке. – Передумал я. Устал, как собака. Не хочу ничего.

– Деньги не возвращаются, – поджала губы проститутка.

– Я знаю. Считай, что сегодня ты вроде как премию получила.

Проститутка засмеялась.

– А может, все-таки попробуешь? – спросила она.

– Не-а, – ответил Корнышев и зевнул демонстративно. – Ты где ляжешь?

– Вот здесь.

– Тогда я – в той комнате.

Оставшись один, Корнышев внимательно просмотрел купленные газеты. Почти во всех обнаружились посвященные Калюжному материалы. Это было вполне объяснимо – не каждый день погибают действующие генералы ФСБ. А уж убийство генерала своим собственным подчиненным – вообще сенсация. Практически во всех газетах приводились одни и те же факты и подробности, что свидетельствовало о едином источнике информации. И везде были фотографии Корнышева. Травля была организована искусно. Корнышева загоняли по всем правилам, как зверя. Его уже приговорили. И где-то рядом бродят палачи.

В восемь утра пришла женщина. Корнышев и его «супруга» вышли вместе, на улице они распрощались, Корнышев взял такси и отправился к станции метро «Алтуфьево».

* * *

Все пространство вокруг станции занимали типовые многоэтажки.

– Давай где-то здесь покрутимся, – попросил Корнышев таксиста. – Помню, что где-то в этих домах, а в котором из них – не помню. Темно тогда было.

Он скользнул взглядом по стенам домов, выискивая надписи.

RAP

НАТАША Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ

КУЗЯ ЛОХ

Ничего знакомого. И краска не желтого цвета.

– Здесь разворачивайтесь, – попросил Корнышев таксиста. – Это где-то рядом с метро.

И еще надписи.

777

ЗА ВДВ!

И вдруг – желтым цветом! Крупно!

Корнышев обмер. Машина проехала мимо дома. Корнышев выждал, пока они отъедут подальше, после чего сказал водителю, разочарованно:

– Надо же, нигде этого дома нет. Попробую-ка я еще пешочком, может, так, с земли, его быстрей признаю.

Водитель равнодушно пожал плечами. Корнышев расплатился, вышел из машины и свернул во дворы. Прошел пару кварталов, отыскал взглядом такую же точно многоэтажку, какой была та, что у метро, прошел вдоль подъездов, отыскивая нужный номер. Сорок седьмая квартира находилась во втором подъезде. Здесь не было консьержки, а кодовый замок двери бездействовал, и Корнышев беспрепятственно прошел в подъезд.

Сорок седьмую квартиру он обнаружил на третьем этаже. А всего на лестничной площадке четыре квартиры.

Корнышев поднялся на один этаж выше, вызвал лифт и спустился на первый этаж.

Больше ему нечего было здесь делать. Пока.

Этот дом он собирался использовать как полигон, на котором с минимальным риском можно было изучить планировку интересующей его квартиры и отыскать способ проникновения в нее. Самый простой на первый взгляд и вроде бы лежащий на поверхности способ – открыть дверь найденным в чемоданчике ключом и войти в квартиру – Корнышев отбросил сразу. Если все, что сейчас с ним происходит, – это всего лишь тщательно кем-то подготовленная ловушка – тогда он обречен. Он не имел права ошибиться. Он должен был соблюдать осторожность. Только это давало ему шанс на спасение.