Читаем Удивительные истории полностью

Независимо от того, что я думал раньше о господине Гриббсе, а одиноким молодым человеком оказался именно он, в этот миг я возлюбил его ангельской любовью, что и попытался ему объяснить. Думаю, что он понял. Во всяком случае, он говорил с моей женой как истинный джентльмен.

— Мадам, — сказал он, — я могу лишь искренне посочувствовать вашему мужу, и если вы позволите мне, я с удовольствием помогу вам отвести его к такси. Я прошу вас не пугаться его состояния. Сам я являюсь подлежащим той же самой неприятности, и хотя он может казаться пьяным…

— Казаться! — воскликнула моя жена. — Казаться! Мой муж столь же пьян, как человек может быть пьян, не теряя сознания. Или нас обманул официант?

Вэлшингхэм Гриббс посмотрел на мою жену и улыбнулся.

— Очень хорошо, — сказал он, — если вы хотели, чтобы он напился, признаю, он пьянее всех, кого я видел. Я только говорил, чтобы пощадить ваши чувства, поскольку большинству жен не нравится, когда их мужчин видят шатающимися. Сам я шатаюсь и раскачиваюсь непрерывно, и хоть я никогда не пил ни грамма в своей жизни, но я могу разделить чувства того, кто шатается, или у кого есть родственник, который шатается.»

Моя жена тут же сообразила, с кем имеет дело:

— А вы случайно не Вэлшингхэм Гриббс? Если это вы, я рада встретить вас, даже в этой необычной ситуации, поскольку мы здесь ради вас.

Она рассказала ему о гирошляпе, что я изобрел, и объяснила, почему я приехал в это место и напился бренди. Я не принимал участия в этой беседе, но Вэлшингхэм с удовольствием согласился сопровождать нас и надел гирошляпу на мою голову.

Результат оказался и в самом деле изумительным. Немедленно вакуумный насос начал работать и гироскоп начал вращаться. Моя голова, которая лежала на плече, выпрямилась. Резиновая прокладка захватила мою голову сильно с небольшой фиксацией натяжения. Без помощи я поднялся со своего стула и стоял вертикально. Мой разум был все еще затуманен, но я шел прямо, как стрела, прямо к двери ресторана, и открыл ее, в то время как моя жена поддерживала пораженного странным недугом Вэлшингхэма.

Гироскоп вращался со скоростью трех тысяч оборотов в минуту, и небольшое жужжание было едва слышно. Я не колебался, и я не раскачивался. Когда я достиг парка, я был полон ликования. Я шел по бортику тротуара, а потом пожелал подняться на железный забор, который окружает парк, и прогуляться по острым вершинам кованых прутьев.

Моя жена и Вэлшингхэм попытались отговорить меня, но я поднялся на вершину забора. Я не только шел по остриям прутьев легко, но был в состоянии поместить конец одного пальца ноги на вершину одного прута и махнуть другой ногой в воздухе. Моя жена и Гриббс уговаривали меня спуститься на тротуар, но поскольку я не видел причины делать так, я категорически отказался, и наконец, Вэлшингхэм, схватил меня за руку и попытался стащить с забора. Обычно человек, который пьян до такой степени, падает с ног. Я же не упал с забора! Когда Вэлшингхэм потянул меня за руку, я качнулся и оказался лежащим в воздухе, перпендикулярно к забору. Но, поскольку моя нога все еще касалась верхушки прута, как только он отпустил мою руку, я без малейшего усилия, вернулся в вертикальное положение. Я спустился с забора, когда был готов, и не прежде.

Будучи чудовищно пьян, я шел прямо и ровно, словно генерал на параде. Бедный же Гриббс, будучи абсолютно трезвым, шатался. Абсурдность ситуации потрясла меня и я огласил улицу взрывами хохота.

Многие остановились и смотрели на нас, и я не знаю, на кого из нас больше. На молодого человека с трезвым лицом, которого шатало, или на идущего ровно и прямо великого шляпника, хохотавшего и оравшего пьяным голосом. Мы с ним превратились в комический дуэт.

Моя жена была очень тронута добрым вниманием Вэлшингхэма, и когда мы пришли домой, она предложила ему войти. В то время, как я развлекался, бегая по перилам лестниц и скатываясь по ним, стоя на одной ноге, она пригласила Вэлшингхэма к нам и представила его Энн формально.

Моя бедная дочь была весьма смущена, но когда Вэлшингхэм сидел, он не шатался, и им удалось хорошо познакомиться, в то время как моя жена помогала мне добраться до кровати.

К сожалению, я забыл предусмотреть любой метод для того, чтобы выключить гирошляпу, и пока работал вакуум-насос, снять ее можно было только вместе со скальпом. Моя жена решила, что я должен спать в шляпе, так как не был в состоянии даже связать двух слов, а не то что что-то придумать.

Я жутко хотел спать, но чертов гироскоп не давал мне лечь! Жена тащила меня в кровать, но стоило ей отпустить меня, как чертова шляпа поднимала меня в вертикальное положение.

Моя жена немедленно толкнула меня на подушку снова, но это было бесполезно. Снова шляпа-гироскоп вернула меня в вертикальное положение, и моя жена была вынуждена позволить мне уснуть стоя.