Читаем Удар «Молнии» полностью

— Второй месяц ищу твоего шефа, — признался он. — В узел завязался… Хорошо служба налажена, молодец.

— Стараюсь, — похвастался приятель. — А вот твоих ребят я засек через несколько дней. Дай, думаю, гляну, что за компания лихая? Вертятся по району, кого-то ищут…

— Вас ищем, Сережа. Мне срочно нужна встреча с Чеченцем.

— Погоди, все тебе вынь да положь… Откуда ты вообще взялся в Чечне? И зачем?

— С того света залетел, случайно, — съязвил генерал. — Хотел в рай, а попал в ад. По мукам хожу… Давай без докладов, а?

— Я бы с удовольствием, но… Слушай, тезка, советник президента — это был ты? Ты искал контакты с полевыми командирами?

— Понял! Значит, твой шеф мне кислород перекрыл?

— Нет, не он, — Сергей помотал головой. — Есть кому перекрывать… Ты что, в самом деле подался… в советники?

— А ты ко мне пришел в разведку?

— В наше сучье время меняются понятия и нравы. Извини, брат…

— «Молнию» воскресили, меня из могилы подняли. Только не пойму, на кой хрен…

— Воскресили «Молнию»? Не слышал…

— Старался, чтобы не услышал. Особенно здесь, в Чечне.

— Кто же был инициатор… воскрешения?

— Комендант.

Телохранитель присвистнул, подытоживая какие-то свои соображения.

— Да… Вот откуда зашли. Неожиданный ход, сильный…

— Сергей, мне позарез нужен твой шеф!

— Ты уверен? А знаешь, что он в дикой опале? Знаешь, что ему вынесли негласный приговор, как только он сунулся… на свою родину?

— Догадываюсь…

— Тебе еще не отдавали приказа? Нет?.. Значит, жди, скоро отдадут.

— Неужели не доверяешь мне? — спросил генерал. — Знаешь ведь, мы сами принимаем решения.

— Слышал, да, извини, никому не доверяю, — честно признался однокашник. — Служба такая… Где гарантия, что кто-нибудь из твоих мужиков не получил такого приказа? Сядет нам на «хвост» и…

— Гарантия — это я, Сережа. В «Молнии» таких людей нет.

Он что-то поприкидывал, посмотрел на время и поиграл карманными часами.

— Добро… А что я шефу доложу? Генерал Дрыгин с того света?

Телохранитель вытаскивал из него информацию, а скрывать уже было нечего…

— По воле Коменданта мы готовили полицейскую операцию… Одним словом, переворот и полное блокирование вооруженных сил Диктатора. Все сорвалось. У Коменданта есть сильные оппоненты. Вокруг нас началась такая возня… Вместо политического обеспечения — удар в спину. Твой шеф — единственная фигура, имеющая влияние в Чечне как личность. Вне всяких политических устремлений и тайных замыслов.

— Если ты собрался поднять этот флаг, тебе свои башку оторвут в полсекунды, — заключил однокашник. — Мой совет — не лезь в это дело. Ты же был артистом, Серега. Так вот, роли распределены, заучены, или как там у вас… Свет погашен, играет легкая музыка, режиссер и драматург сидят в зале, среди зрителей. Премьера новой войны…

— Надо включить свет и отменить спектакль.

— А что скажет публика? Ого! Билеты распроданы во всем мире, обещано… зрелище! Я уж не говорю про актеров, авторов и статистов. Эти будут рвать тебя, как собаки. Быстро ты забыл премьеру в Доме Советов.

— Ничего я не забыл. Но мы ведь сорвали спектакль!

Однокашник глубоко вздохнул, походил вокруг генерала.

— Знаешь, брат, когда долго состоишь при сильных мира сего, все видится в другом свете. Они тебя уже не стесняются, говорят открыто. Иногда ушам своим не веришь… До Чеченца я при многих состоял, днем и ночью, дома и в поездках, обеспечивал и официальность, и конфиденциальность… Ты вояка, Сережа, диверсант, разведчик, комбинатор… Кто еще? Ну, короче, боец невидимого фронта… Не обольщайся, брат, спектакль в Доме Советов вы не сорвали, а только малость подпортили финал. Все было просчитано, и «Альфа» с «Молнией» и «Вымпелом», и ваше самостоятельное решение. Режиссер знал, чем дело кончится, и шеф мой знал, только уж сделать ничего не мог. Разве что меня отпустил, под утро, до начала штурма…

— Не загоняй меня в угол, — после паузы проговорил дед Мазай. — Как я дочери в глаза посмотрю? А пацанам, которых на убой погонят?

— Сережа, тезка… мне всегда казалось, ты человек понятливый, разумный. Успокойся, в этом сценарии просчитана даже твоя нынешняя безрассудность, — с какой-то ленцой и усталостью сказал однокашник. — Перед тем как заварить эту кашу, подняли, привели в боевое положение все силы. И посмотрели кто на что способен. Потому и тебя с «Молнией» вытащили из небытия…

— Не верю! — оборвал его генерал. — Я сам, лично встречался с Комендантом. Этот человек не играет в чужих играх.

— Правильно, этот человек — не играет, — зацепился телохранитель. — Но и его действия просчитали, установили, какая будет реакция на определенные события.

— Все просчитать нельзя. Знаю я эти компьютерные игры… И мне не нравится твое настроение! Просчитали!.. Что теперь, лапы кверху? На это и расчет. Я, как всякий законопослушный, получу приказ и успокоюсь. Так?

— Примерно так. Ты же не станешь нарываться, не полезешь на рожон?