Ученик А. П. Скрабе в Первом Буйнакском педагогическом училище К. Г. Макриди – заслуженный учитель ДАССР, 19 лет проработал успешно заведующим Буйнакского гороно. Он рассказывал об уроках А. П. Скрабе, о том, какой большой интерес они имели у учащихся, как помогли многим в жизни.

К. Г. Макриди говорит, что он хорошо знает лекарственные травы, часто собирает их и оказывает помощь семье и знакомым. Этому научил его Августин Петрович.

В 1950 году Республика Дагестан отметила 70-летний юбилей А. П. Скрабе. 70-летие славного сына латышского народа совпало с 50-летием его педагогической деятельности в Дагестане.

Но 1 сентября 1950 года он уже не встретился со своими любимыми учениками: не дожил несколько дней. Августин Петрович Скрабе скончался 27 августа 1950 года в Буйнакске. Его жена Наталья Ивановна говорит, что последними его словами были: «Скажи заведующему гороно, пусть меня хоронят дети». А хоронили его все – и взрослые, и дети.

Я очень хорошо помню красивый дом из красного кирпича на пересечении улиц Казбекова и Красноармейская, этих улиц сейчас в городе нет. Это был дом А. П. Скрабе. Дом этот Августин Петрович завещал учителю из г. Буйнакска.

Краеведы Булача Имадутдиновича регулярно посещали могилу А. П. Скрабе на Буйнакском кладбище и оказывали необходимую помощь его жене Наталье Ивановне.

Одна из улиц Буйнакска вот уже несколько десятилетий носит имя Августина Скрабе.

Мы, буйнакцы и жители Буйнакского района, да и всей республики, должны высоко чтить и помнить этих людей, пришедших в Дагестан по зову сердца дать нам знания и культуру.

Халил-Бег Мусаясул

Булач Имадутдинович часто и много рассказывал о замечательном художнике с мировым именем, нашем земляке Халил-Беге Мусаеве (Мусаясул).

Свою творческую деятельность Халил-Бег начал в Буйнакске. Почти напротив дома, построенного еще отцом Булача Имадутдиновича, проживал раньше Халил-Бег Мусаясул.

Об этом нам напоминает мемориальная доска на стене дома. Другая мемориальная доска о нем же – на стене дома Гаджиевых, рядом с мемориальной доской с именем Героя Советского Союза Магомеда Гаджиева. История нам напоминает, что в этом доме Гаджиевых находилась мастерская Халил-Бега Мусаясул. Да, именно здесь, в доме Гаджиевых, начал создавать свои произведения художник.

Наш Булач отлично знал родословную семьи Мусаевых из Чоха. Все мужчины в этом роду были офицерами царской армии, имели высокие правительственные награды, и царское правительство присвоило семье Мусаевых дворянское звание.

Братья Магомед-Бег, Абдул-Каир, Абдул-Загир и Халил-Бег (Мусаясул), как дворяне, имели право учиться за казенный счет в любом заведении России и за рубежом. Старший из братьев Мусаевых Магомед-Бег поступил в кадетский корпус в Ставрополе, а после его окончания – в Александровское военное училище. Это было известное военное училище того времени. В свое время его окончили русский писатель А. Куприн и маршал Советского Союза М. Тухачевский.

Магомед-Бег Мусаев начал службу офицера в Дагестане, а уже в 1914 году был командиром полка во Львове. В Первую мировую войну его полк совершил немало героических подвигов, а Магомед-Бег был награжден многими орденами и крестами русской армии.

Отличительной чертой Магомед-Бега были личная отвага и храбрость. Вместе с рядовыми он ходил в атаки на противника, несколько раз был ранен пулей и штыками.

После Октябрьского переворота Магомед-Бег эмигрировал в Турцию. Его принял Мустафа Кямаль (Ататюрк). Это было тяжелое время для турецкой армии. По предложению Ататюрка Магомед-Бег стал одним из руководителей генерального штаба турецкой национально-освободительной армии.

Под руководством Магомед-Бега был разработан и осуществлен стратегический план многих важных сражений. Ему было присвоено звание бригадного генерала. Возглавляемая им бригада, а затем и дивизия турецких войск не раз побеждали войска противника. Верховный главнокомандующий турецкими войсками Мустафа Кямаль (Ататюрк) высоко отзывался о генерале-дагестанце.

В 1922 году в одном из сражений генерал Магомед-Бег получил тяжелое ранение и через несколько дней скончался в лазарете Константинополя.

Из большого рода Мусаевых в Константинополь смог приехать из Германии только Халил-Бег Мусаясул. Он застал брата еще живым.

Булач Имадутдинович говорил, что он читал записи, сделанные рукой Халил-Бега. Он писал о последних днях и часах брата. «Он отлично понимал свое положение и хотел успокоить меня, – писал Халил-Бег. – Как только мне станет лучше, я приеду к тебе в Германию, – говорил он мне. Я никогда не забуду его взгляд, ему было тяжело расставаться со мной».

Из записей в дневнике Халил-Бега Мусаясул родственники только через год узнали, что генерал турецкой армии Магомед-Бег умер в воскресенье, 19 марта 1922 года, в 12 часов 40 минут.

Халил-Бег Мусаясул находился до последнего вздоха у постели брата. Его оплакивал не только брат Халил-Бег, но и турецкий народ.

Булач Имадутдинович говорил, что на одном из полотен Халил-Бега изображен брат Магомед-Бег в форме турецкого генерала.