— Выходит, у нашего маньяка территория охоты больше, чем мы думали.

— Постой, тут Фрост хочет с тобой поговорить.

В трубке раздался бодрый голос Фроста:

— Привет, ты когда-нибудь пробовала ролл из лобстера?

— Что?

— Попробуем по пути. На Линкольн-Бич есть отличный ресторанчик, где их подают. Если мы стартуем завтра в восемь утра, как раз успеем. На моей машине или на твоей?

— Можно на моей. — Она задумалась. И, не удержавшись, добавила: — Наверное, и Дин захочет поехать с нами.

Фрост помолчал.

— Хорошо, — наконец произнес он, но без особого энтузиазма. — Если ты так хочешь.

— Я позвоню ему.

Повесив трубку, она почувствовала на себе взгляд Корсака.

— Мистер ФБР теперь в команде? — ухмыльнулся он.

Она проигнорировала его замечание и стала набирать номер сотового телефона Дина.

— Когда это случилось? — не унимался Корсак.

— Он просто помогает.

— Раньше вы о нем думали по-другому.

— С тех пор у нас была возможность поработать вместе.

— Не морочьте мне голову. Вы просто увидели его с другой стороны.

Она жестом попросила его замолчать, потому что в трубке уже звучали гудки. Но Дин не отвечал. Вскоре прозвучало привычное: «Абонент временно недоступен».

Риццоли отключила телефон и взглянула на Корсака:

— А что, какие-то проблемы?

— Это у вас, похоже, какие-то проблемы. Появился свежий след, и вам не терпится сообщить об этом своему новому приятелю. Что происходит?

— Ничего.

— Не смотрите на меня так.

Она почувствовала, как кровь хлынула к щекам. Да, она не была честна с ним, и они оба это знали. Даже набирая номер телефона Дина, она ощущала, как учащенно бьется пульс, и понимала, что это значит. Ей не терпелось услышать его голос, и она стала звонить в отель. Повернувшись к Корсаку спиной, Риццоли уставилась в окно, ожидая соединения.

— Отель «Колоннада».

— Я бы хотела поговорить с одним из ваших гостей. Его зовут Габриэль Дин.

— Минуточку.

Пока тянулось ожидание, она мысленно подбирала правильные слова, интонации. Она должна быть деловита, спокойна.

Полицейский. Ты — полицейский.

В трубке вновь раздался голос оператора гостиницы:

— Мне очень жаль, но мистер Дин у нас больше не проживает.

Риццоли нахмурилась, и рука крепче сжала трубку.

— Он оставил свой новый адрес?

— Нет.

Риццоли зажмурилась от лучей заходящего солнца.

— Когда он уехал? — спросила она.

— Час назад.

20

Риццоли закрыла папку с факсами, присланными из полиции штата Мэн, и уставилась в окно, за которым проплывали леса и мелькали белые загородные домики. Ей всегда было неуютно читать в машине, а подробности исчезновения Марлы Джин Уэйт лишь усугубляли дискомфорт. Роллы из лобстера, которые они отведали по дороге, настроения не улучшили. Хотя за столом все казалось очень вкусным и ела она с аппетитом, сейчас майонез все чаще напоминал о своем присутствии в желудке. Она сосредоточилась на дороге, ожидая, пока пройдет тошнота. Помогало то, что Фрост был спокойным и аккуратным водителем, избегал резких движений и не мучил педаль газа. Она всегда ценила его за предсказуемость, а сейчас, когда на душе было так муторно, — особенно.

Когда самочувствие улучшилось, она стала обращать внимание на красоту пейзажа. Ей еще не доводилось так глубоко забираться в штат Мэн. Самой дальней точкой был для нее пляж Оулд-Орчард, куда она десятилетней девочкой выезжала с родителями на лето. Она помнила прогулки по пляжу, леденцы и початки кукурузы. Помнила, как заходила в море, как ледяная вода обжигала кожу. Но она все равно лезла купаться, тем более что мама запрещала. «Вода слишком холодная, Джени! — кричала Анжела. — Посиди на теплом песочке». А потом хором вступали братья: «Да уж, не ходи в море, Джени, а то отморозишь свои уродливые цыплячьи лапы!» Разумеется, она поступала наперекор и, стиснув зубы, шла к воде, где набегающая волна обдавала ее таким холодом, что она едва не задыхалась. Но не ледяную стужу воды помнила она потом долгие годы — скорее, обжигающие взгляды братьев, которые следили за каждым ее шагом, подзадоривали, издевались, вынуждая нырять в ненавистные волны. Она шла вперед, чувствуя, как вода накрывает бедра, талию, потом плечи, но не отступала. И заставляла ее двигаться не боль, а страх унижения.

Сейчас пляж Оулд-Орчард остался далеко позади, и штат Мэн, проплывавший за окном, уже не вызывал неприятных воспоминаний. Здесь не было ни песчаных пляжей, ни курортных развлечений. Вместо этого она видела леса, зеленые поля и редкие деревушки, каждая непременно с белой церковью.

— Мы с Элис ездим по этому маршруту каждое лето, в июле, — сказал Фрост.

— А я в этих местах никогда не была.

— Никогда? — Он удивленно посмотрел на Риццоли, что вызвало у нее раздражение. В его взгляде явственно сквозило: «А где ты вообще была?»

— Просто не видела в этом необходимости, — ответила она.

— У стариков Элис есть охотничий домик на острове Литтл Дир Айл. Мы там останавливаемся.

— Забавно. Я почему-то не представляю себе Элис в качестве охотника.