Читаем Ученик полностью

После того памятного разговора в таверне Корневища с братьями-эльфами я не стал откладывать свои планы в долгий ящик. Сформировались они буквально за секунду после беседы с Яльгортом и Едримином. Я не видел смысла не доверять остроухим в том, что у меня есть Талант. Врать им было совершенно незачем, да и знание неизвестных мне доселе языков это подтверждало (по крайней мере, так я решил для себя). Кое-какими деньгами (опять же — благодаря эльфам) я разжился и, по большому счету, меня ничего не удерживало в Лесном краю. В том, что я не собираюсь до конца жизни отсиживаться на лесном хуторе Скела, я знал и без той судьбоносной встречи. Она просто ускорила принятие некоторых решений.

Когда в тот вечер я спустился в общий зал, посетителей уже практически не осталось. Да и немудрено — время давно перевалило за полночь по местным меркам. Местные жители разбрелись по домам, а в трактире остались только самые заядлые выпивохи. И Скел. Он, как и обещал, дождался моего возвращения.

Сначала разговор у нас не клеился. Я видел, что он не верит мне. Не верит, что я не помню своего прошлого, не верит, что я не представляю, откуда знаю эльфийский. Не скрою — меня это слегка расстроило. Так что я просто предложил накачаться алкоголем. Он согласился, и спустя несколько бутылок вина (не в пример хуже того, что хозяин трактира подал эльфам) мы, наконец, нашли точки соприкосновения.

Я рассказал о том, что хочу уехать «в мир», Скел в ответ заявил, что тоже привязался ко мне, но и мешать не хочет. Что-то в таком духе. Пили мы долго и честно признаюсь — часть нашего разговора я не совсем хорошо запомнил. В итоге, вместо того, чтобы отправиться к знакомым крестьянина с ночевкой (как изначально и планировалось), мы отрубились прямо за столом.

К нашему счастью, трактирщик не стал нас вышвыривать — подозреваю, что всему виной была моя помощь в получении эльфийских золотых. Но лично у меня шея наутро болела так, будто я на ней всю ночь таскал мешки с мукой. А вот Скел выглядел бодрячком и уже завтракал. Я не уставал поражаться количеству его здоровья в таком возрасте.

Мне тоже пришлось поесть, чтобы хоть как-то прийти в себя. Выпив пару кружек травяного отвара после горячего омлета со шкварками, я почувствовал, что жизнь не так уж и плоха. Затем предложил Скелу прогуляться по ярмарке, прикупив необходимые нам вещи. Ему — недостающие в хозяйстве, а мне — для дальнего путешествия. В то, что оно получится дальним, я не сомневался. Следуя совету эльфов, я решил отправиться в Ринору. Но оказалось, что Скел толком и не знает, где находиться этот город. Как и трактирщик. Поэтому я, недолго думая, решил заявиться в магистрат, чтобы уточнить кое-какие сведения. Но уже после того, как куплю все необходимое.

В первую очередь мы посетили портного, к которому Скел заходил накануне. Я купил себе две рубашки, двое штанов и толстый плащ из чего-то, напоминающего наш брезент (или парусину, это как посмотреть). Признаюсь — до сих пор меня убивало отсутствие нижнего белья, но его тут попросту не носили! Не знаю, только ли в Лесном краю была такая практика, или повсеместно, но лично для себя я решил раз и навсегда исправить это недоразумение, поэтому в довесок ко всему купленному захватил пару отрезов самой мягкой ткани, какая нашлась в лавке. И комплект иголок с нитками. А еще — большой походный мешок, по типу того, что видел у эльфов.

Единственной проблемой оказалось то, что у лавочника не было сдачи с золотого. Как мне объяснил Скел — такая монета не была принята в хождении на территории Лесного края. По весу она почти в два раза превышал обычную монету из такого же металла, которой и так расплачивались нечасто. Поэтому пришлось пока оставить вещи у портного и найти место, где можно было разменять деньги. Оказалось, что лавочники и приехавшие на ярмарку люди сделать этого не смогут — потому, что ни у кого из них не нашлось нужного количества серебра! Так что, плюнув на всё, нам все таки пришлось пойти в магистрат.

Местный казначей разве что не облизал монету, изучая ее со всех сторон — даже на зуб попробовал! Но, в конце концов, выдал мне эквивалентную сумму серебром. Оказалось эта сумма весьма немалой — сотня серебряных монет! И полагаю, что он неплохо навариался на этом размене — блеск его маслянистых глазок мне совсем не понравился, но сделать я, увы, ничего не мог. В самом деле — не закатывать же скандал, рискуя оказаться неправым?

Потребовался очень вместительный кошель, чтобы сложить туда все полученные деньги. Разумеется, у нас такого не было, поэтому я скидал монеты в один из мешков Скела и вернулся к портному. К счастью, у него в продаже оказалась очень удобная кожаная сумка, которую можно было носить через плечо. Я, не задумываясь, купил ее и сразу переложил деньги туда. Остальные купленные вещи отправились в заплечный мешок.

Покинув портного, я потащил Скела вглубь ярмарки. Со вчерашнего дня палаточный городок изрядно увеличился, и сейчас площадь вокруг огромного дерева была забита народом.