Читаем Убить Рыбку Джонса полностью

Взвизгнув, демон снова разжал руки. Оказавшись во власти ветра и хаотичного вихря, он зажмурился, зная, что впереди его ждет долгое падение вниз. Зато он был свободен, а это было самое главное. И вот когда он начал по-настоящему падать, почерневшие пальцы зажали его рюкзак в кулаке, подхватив его. Теперь Гримшо заорал что есть мочи. Его сцапал Всадник!

Готовый в любую минуту лишиться сознания от ужаса, он почувствовал, как Всадник поднял его и повернул перед собой, все еще держа демона за рюкзак. Гримшо с ужасом разглядел Всадников по обе стороны от себя и зажмурился. Он собрался с духом, готовясь к тому, что в любую минуту его начнут разрывать на куски.

Гм, произнес голос, в котором чувствовался стальной скрежет, а тебя мы зачем прихватили?

Гримшо знал, что Всадники были Воплощениями ангелов, но он не мог себе представить что-либо менее ангельское, чем этот голос. К этому времени отряд выровнялся, и кони припустили, ветер хлестал по лицу, воздух был полон криками демонов, моливших о пощаде. Однако голос звучал так отчетливо, словно попадал в голову Гримшо, минуя его уши.

Демон осмелился приоткрыть глаза и увидел, что висел непосредственно перед вселявшими ужас глазами своего мучителя. Он различил череп, кое-где прикрытый потемневшей плотью, глазные дыры светились, как раскаленные печи. Все его тело было покрыто искрами, мерцавшими даже в завывающем вокруг них ветре.

Раскаленные печи с любопытством смотрели на Гримшо.

Отвечай, сказал Всадник. Он потряс демона и с осторожностью посадил его между ушей коня. Гримшо вцепился в клочок гривы и для большей безопасности обвился хвостом вокруг шеи лошади. Даже находясь в воздухе, галоп заставлял все его тело подпрыгивать при каждом новом скачке.

— С-случайно! — заикался Гримшо, надеясь не упустить выпавший шанс. Он с серьезностью посмотрел в пылающий глаз Всадника. — Я Т-т-тана искал. Знаете? П-проклятие дома О-омбрей? — Ему приходилось перекрикивать вой ветра и крики, из-за галопа его голос звучал прерывисто. Он дважды прикусил язык, во рту ощущался привкус крови.

Знаем. А ты? Ты проклятие помельче, верно?

— Г-г-гримшо. Проклятие вора Лампвика. Очень незначительный. М-мой Создатель — глупый вор. Никакого к-к-класса.

Гримшо силился не замечать, что творится с другими демонами, хотя он различил впереди Ханута, который орал диким голосом, пока один из Всадников методично по частям выворачивал его наизнанку. Всадник Гримшо, казалось, позабыл о древнеегипетском демоне, которого небрежно закинул перед собой. Все это время демон не прекращал тщетных попыток спрыгнуть с лошади. Все его старания были бесполезны, потому что одна рука мучителя покоилась на его пояснице. Гримшо не сомневался, что бедолагу удерживала железная хватка.

— А вы? — вежливо поинтересовался Гримшо. — У вас есть имя?

В этот раз он не кричал, и, хотя шум стоял такой, что он не слышал собственного голоса, Всадник его понял. Демону удалось войти в ритм с лошадью и немного ослабить руки.

Король Один.

— А ваши… э-э-э… ваши братья?

Мы все — Одно, сказал Король Один. Он усмехнулся и наклонился поближе к Гримшо. Внезапно окружавшие их мрак и хаос усилились, отчаянные вопли сделались еще громче, а запах крови — еще сильнее. Представляй нас как единое целое, заключающее в себе столько Воплощений, сколько требуется.

— Очень м-мудрено, н-н-наверное, — хватая ртом воздух, выпалил Гримшо, подпрыгивая от галопа.

Король Один выпрямился, и хаос вернулся к своей привычной степени чудовищности.

Вовсе нет, если привыкнешь. Что же мне с тобой делать, а? Обычно мы третьесортными не занимаемся.

Гримшо охватил прилив надежды.

— Т-так вы не с-станете меня ч-ч-четвертовать?

Не стану. По правилам Сестры Радости должны пробуждать мелких демонов. Мы, Всадники, путешествуем по мирам, выискивая могущественных демонов, таких как Воплощение с головой шакала, и его друзья. Лишь Могущественное Проклятие, которое глубоко зарыто и спит, недосягаемо для нас. Тебе должно быть известно, что это самый великий из всех демонов проклятия, его создал великий волшебник Туманной Земли.

Гримшо кивнул.