В соседнем саду мальчик в последний раз ударил по мячу. Вместо того чтобы перелететь через ограду и приземлиться в клумбе по соседству, мяч ударился о камень ровно под таким углом, чтобы отскочить влево, стукнуть по воротам, со свистом пронестись в воздухе и залепить пощечину проезжавшему на мотоцикле парню. От испуга парень потерял контроль, мотоцикл немного занесло, и он въехал в заднюю часть фургона, который в свою очередь ударился о дерево. К счастью для рабочих, они были привязаны к дереву ремнями безопасности, но, к несчастью для Джона Фигга, и тот и другой в одно и то же время выронили электропилы.

Острозубые сверкающие лезвия пролетели в воздухе одна над другой, нарисовав дугу, и Рыбка закричал: «ЛОЖИСЬ, ДЖОН!» — что есть мочи.

Он опоздал на долю секунды.

8

Бабах

Рыбка молча сидел и наблюдал, пока Сьюзан отвечала на вопросы полицейского. Его коллега утешала Маршу и раз или два проверила, все ли в порядке у мальчика. Он улыбался и кивал ей, хотя был совсем не в порядке. Мир Рыбки всегда был странным, непонятным местом, полным вещей, которые были видны только ему, но теперь в нем поселилось что-то новое. Он стал вместилищем смерти и страха потери.

Более того, после смерти Джона слабая тень начала виться вокруг его мамы и походила на еле заметный шарф. Он знал, что это было. Отчаяние или, по крайней мере, Воплощение отчаяния. Позволишь ему расти, и оно начнет темнеть и становиться толще, пока не станет самостоятельным демоном, холодной серой змеей-тенью, которая плотно обвивается вокруг человека и разбивает его душу. Он видел таких демонов раньше, сплетенных вокруг и внутри людей. Людей с потухшим взглядом и одинокими лицами.

По крайне мере, у существа пока еще не было глаз. Рыбка ненавидел, когда то, на что он смотрел, отвечало тем же. Мальчик переживал, что змея-тень вырастет настолько, что у нее появятся глаза, и тогда она так крепко вцепится в его маму, что уже никогда ее не отпустит.

Вдобавок ко всему Рыбка постоянно ждал появления демона проклятия. Он инстинктивно знал, что существо всегда присутствует в момент расправы с добычей, а это означает, что они в безопасности, пока демона нет поблизости. Несмотря на это, любое неожиданное движение заставляло его вздрагивать, и каждый раз, когда он что-то делал, он то и дело натыкался на мебель, потому что в первую очередь искал глазами демона.

Когда полиция уехала и Марша вышла из ванной, они собрались все вместе.

— Так, — наконец произнесла Марша, — вам двоим стоит поторапливаться, если в магазин собираетесь.

— А смысл? Марша, какой в этом смысл?! — воскликнула Сьюзан. — Это слишком. Это выше нашего понимания. Куда бы мы ни пошли, оно найдет нас. Мы можем бежать и бежать, пока не умрем от истощения, но мы никогда не сможем скрыться. От судьбы не уйдешь, все это знают. — Она провела рукой по волосам, ее безнадежный взгляд скользнул по столу.

Рыбка в отчаянии смотрел на нее. Он знал, что тревожило ее больше всего. Из-за того, что она помогла потревожить останки мертвого человека, ее сын лишится жизни. Она увидит, как он умрет, и будет знать, что своими действиями, какими бы невинными они ни были, она убила его. Груз этого знания был слишком тяжел.

Обвиваясь вокруг Сьюзан, змея-тень увеличилась. Рыбку передернуло, он хотел помешать ее росту, но не знал как. На какое-то мгновение он решил, что ему стоит рассказать маме правду о том, что он видит, о демоне проклятия и змее-тени. Но что это даст?

А потом к нему на помощь пришла Марша.

— Это не дело, дорогая, — твёрдо сказала она, подавшись вперед и смотря Сьюзан в глаза. — Ты с таким же успехом можешь затянуть петлю у нас на шее. Я серьезно! Может быть, ты и права, но единственное, что нам остается, — это попытаться, и сейчас мы не можем терять ни минуты. То, что у нас на глазах случилось с тем милым человеком, — тому доказательство! К концу дня мы должны быть в пути. Это наш единственный шанс!

Сьюзан моргнула и посмотрела на сына. Змея-тень была еще здесь, она обвивалась вокруг ее плеч, но когда Сьюзан криво улыбнулась ему, змея немного потускнела.

— Рыбка, ты за?

Кивнув, Рыбка встал. Он готов был заорать от облегчения. Марша была права. Если им суждено спастись, они должны побороть страх и печаль и действовать.

* * *

В то время как Сьюзан и Рыбка покупали все, что им может понадобиться, Марша собрала одежду и постельное белье. Затем она пошла в кухню за чайником, кастрюлями и всякой всячиной. Занимаясь делами, она то и дело обращалась к Реджу, иногда про себя, иногда вслух. Если бы Рыбка ее увидел, он бы заметил, как вокруг нее усиливается серебряное свечение.

На подоконнике у окна, которое он сам открыл минуту назад, сидел Гримшо и терпеливо наблюдал за Маршей. Он, свесив хвост из окна, слегка покачивал им из стороны в сторону.