Читаем Убийство Сэрай полностью

— Вся информация с этой флешки уже есть у моего нанимателя. Имена из твоего длинного списка клиентов, места подпольных операций, видео-доказательства дел, о которых твоя жена ничего не знала. Все здесь, — он швыряет флешку в грудь Артура. — Если кто-то придет за мной или Изабель из-за смерти твоей жены, которая не будет квалифицирована самоубийством, вся информация попадет к ФБР. Мы уйдем отсюда целыми и невредимыми и через передние двери. Все ясно?

Я вся дрожу, растеряна, взволнована и не уверена. Не уверена во всем. Артур Гамбург кивает, пот сочится по его подбородку и бровям.

Женщина протягивает руку, но затем снова опускает. Два пустых шприца лежат рядом с её ногами. Она чрезмерно накачана наркотиками. Я осматриваю её, находя следы уколов на локтях и лодыжках. Я больше не могу ничего поделать с собой и просто намереваюсь ей помочь. Но Виктор хватает меня за локоть, тем самым останавливая. Он многозначительно смотрит на меня, оружие до сих пор направлено в сторону Артура Гамбурга.

— Она цель, — говорит он, притягивая меня ближе. — Иди в комнату, в тумбочке у окна в ящике есть еще оружие. Принеси его.

Я хочу сказать нет, что не сделаю этого, но намерения так и остаются намерениями. Повинуюсь и исполняю приказ, потому что часть меня до сих пор верит Виктору ровно настолько, насколько другая часть хочет прекратить все это, пока дело не зашло слишком далеко.

— Ладно, — отвечаю я и бегу в основную комнату. Оружие находится ровно там, где Виктор и говорил, и я нервно беру его в руки и с осторожностью возвращаюсь в потайную комнату, словно оно собирается взорваться. Может быть, все ощущается именно так, потому что я знаю, для чего он предназначен. Он ощущается тяжелее, смертоноснее, более угрожающе, чем любой другой пистолет, который я когда-либо держала в руках. Даже тот ствол, которым я стреляла в Хавьера, не навевал подобные ощущения.

Мое сердце бьется где-то в пятках.

— Я предлагаю сделку, — говорит Виктор.

Теперь на нем черные перчатки.

Я подхожу к нему, покачиваясь на трясущихся ногах, и отдаю пистолет. Сама беру другой и убеждаюсь, что он направлен прямо на Артура Гамбурга. Я едва могу держать его прямо. Ощущаю себя так же, как в то время, когда пряталась в машине Виктора. Оружие в руках кажется таким тяжелым, что хочется выбросить его и освободиться от всего этого.

Виктор смотрит на меня, сине-зеленые глаза отражают суть всего происходящего.

— Ты доверяешь мне?

— Да, доверяю, — медленно киваю я.

— Закрой уши, — инструктирует он, и я не колеблюсь.

Без лишних слов он подходит к жене Артура и наклоняется вперед, поднимая её с дивана. Она настолько слаба, что едва сама может держаться прямо. Её глаза открываются и закрываются, словно от истощения или наркотиков, когда Виктор сует пистолет ей в руку. Кажется, я сейчас потеряю сознание, но адреналин не позволяет моему организму отключиться.

Виктор встает перед ней, подставляет дуло к подбородку и нажимает на курок её пальцем. Я слышу выстрел, отзвук которого разносится по комнате, но мои глаза закрываются до того, как успеваю заметить кровь.

Упав на пол, Артур плачет над своей женой, его массивное тело содрогается от рыданий.

Виктор встает позади меня так, чтобы защитить от ужасного зрелища. Этот жест я нахожу неожиданным и успокаивающим.

— У тебя час, — сообщает Виктор. — Вы, возможно, захотите все привести в порядок.

— Да пошел ты! Пошел ты! — кричит Артур, брызгая слюной. Он со всей холодностью смотрит на нас, приподнимаясь с пола. — Пошлы вы!

— Этого бы никогда не случилось, — добавляет Виктор.

Затем он берет меня за локоть и ведет из тайной комнаты, продолжая пытаться уберечь от страшной картины. Я хочу вырваться из захвата, вернуться и надавать еще этому ублюдку, но не могу, осознавая, что рядом с ним лежит мертвая женщина. Не то чтобы эта смерть леденила кровь - я была свидетельницей слишком многих подобных смертей - но самое ужасное, что она была невинной и это просто невыносимо.

Что ты наделал Виктор?

Глава 37

Виктор

Я останавливаю Сэрай в дверях в апартаменты и поворачиваю к себе лицом. Держа за руки, я встряхиваю её.

— Слушай меня, — говорю ей, и она поднимает взгляд. — Ты должна быть в образе, когда будем уходить отсюда. Действуй так же, как вела себя до произошедшего. Понятно? — Я снова встряхиваю её.

Она неуверенно кивает и делает глубокий вдох, проглотив комок в горле.

Мы выходим в холл, я защелкиваю замок в двери в апартаменты изнутри, прежде чем закрыть её. Насколько безопасно мы выберемся из особняка целиком и полностью зависит от Гамбурга. Если он решит, что хочет видеть нас мертвыми, больше, чем не оказаться в тюрьме и не потерять все свое состояние, тогда следующие минут пять будут очень сложными. У меня один пистолет, тот, что был в кейсе из шкафа. В обойме девять патронов. Я не уверен, что смогу справиться со всеми охранниками с девятью пулями в запасе. Если бы я не должен был защищать Сэрай, то у меня получилось бы.

— Выше голову, — резко говорю я Сэрай.