Читаем Убийство Сэрай полностью

Гамбург пристально смотрит на неё, также как и я. Ему нравятся и женщины, и мужчины. И ему тем более нравятся сильные женщины, как Изабель. Единственное отличие заключается в том, что тех, кем он наслаждался здесь ранее, приводили против воли.

Неожиданно Гамбург гордо поднимает голову и говорит:

— Мне бы очень хотелось пообщаться с вами наедине. В моем кабинете. Если, конечно, вы заинтересованы в выгодном предложении. Вы же заинтересованы, не так ли? — Он улыбается и быстро проводит языком по губам.

На какое-то мгновение я задумываюсь над его предложением, заставляя его понервничать, одним взглядом давая ему понять, что заинтересован, но не безрассуден.

— По крайней мере, мне хочется услышать предложение, — отвечаю я.

Его глаза сияют. Он поворачивается к мужчине в костюме позади себя и шепчет что-то на ухо, а затем возвращается к нам. Мужчина тем временем уходит к стеклянному лифту и поднимается на верхний этаж.

— Пойдемте со мной, — предлагает Гамбург, мы следуем за ним.

Пока мы ждем возвращения лифта, Гамбург рассказывает нам о строительстве особняка. Он рассказывает о деньгах, которые вложил в постройку, словно намекая, что сможет перебить любую мою цену. Я ощущаю, что волнение Сэрай возрастает, пока мы поднимаемся на верхний этаж. Она берет меня за руку, и я обращаю внимание, как её мягкие пальцы обвивают мои. Я мягко сжимаю её руку, давая понять, что я рядом и сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить её. Я смотрю на неё и вижу лишь то, как Сэрай смело смотрит на меня в ответ. В ее глазах я узнаю все ту же беспокойную и трудную девчонку, которую я так пытался все это время трепетно оберегать.

Мы идем по огромному холлу, который упирается в вычурный и излишне украшенный вход в кабинет, впрочем, как и весь его дом. По обе стороны дверей стоит охрана. Как и охрана внизу, эти двое прячут под одеждой оружие. Но я нет. Не в этот раз. Потому что знаю, что нас проверят, прежде чем пустить внутрь. А находка подобных вещей у двух богатых людей, чей статус делает их свободными от мирских проблем и подразумевает под собой отсутствие необходимости таскать с собой огнестрельное оружие, заставит Гамбурга пересмотреть свое впечатление о нас. Он может почувствовать угрозу и не позволить нам войти.

Мы останавливаемся, я поднимаю руки вверх, давая секьюрити проверить себя.

Сэрай делает то же самое, но на этот раз не молчит.

— Это так необходимо? — недовольно спрашивает она, пока другой секьюрити её осматривает.

— Извини, дорогая, — говорит Гамбург, открывая дверь в кабинет. — Но да, всегда нужно быть осторожным.

Когда охрана ничего не находит, то отходит в сторону. Прежде чем закрыть дверь за нами троими, Гамбург просит их:

— Вы можете идти. Мне понадобиться более уединенная обстановка на следующие пару часов.

Два охранника понимающе кивают и покидают свой пост за пределами его кабинета.

Глава 36

Сэрай

За нами закрываются двойные двери, и я ощущаю, как сердце словно бухает где-то в район желудка. Но встряхиваюсь и пытаюсь поддерживать образ Изабель Сейфрид как можно лучше.

Не успеваю я удивиться широте кабинета, как Артур Гамбург уже переходит к делу.

— Я скажу вам, чего хочу и дам возможность обозначить цену. — Он жестом приглашает Виктора сесть в ближайшее кожаное кресло.

Виктор присаживается, а я остаюсь стоять одна.

Сейчас маски сброшены. Артуру Гамбургу не надо притворяться и быть очаровательным, как он это делал прежде на виду у всех гостей. Нет, теперь он именно тот злобный и больной ублюдок, которого Виктор должен убить. Меня он уже не видит гостем своего дома, заслуживающим бокала шампанского и уважения; теперь я просто пешка в его сексуальной игре, которая не стоит его внимания или общения с ним. Только Виктор достоин этой роскоши. Ему нужен только Виктор. Теперь я это понимаю. Но существует нечто гораздо выше моего понимания. И у меня совершенно нет времени для того, чтобы постичь все это до конца.

— Чего вы хотите? — спрашивает спокойно и лукаво Виктор.

Он облокачивается на спинку кресла и кладет ногу на ногу.

Артур Гамбург садится в кресло напротив Виктора, дьявольская улыбка проскальзывает по его суровым чертам лицам.

— Мне нравится наблюдать, — отвечает он. — Но все эти миссионерские позы чушь и скукота несусветная. — Он делает паузу и добавляет: — Ты займешься сексом с ней и будешь делать все, что я скажу. И если ты согласишься - естественно за кучу денег - я опущусь на колени перед вами.

Он ухмыляется и впервые с тех пор, как я вошла в кабинет, осматривает меня.

Пока у меня незаметно начинается приступ тревоги, Виктор обдумывает некоторое время, делая вид, что он размышляет о предложении.

Виктор смотри на меня.

— Ни за что, — говорю я твердо. — Он отвратителен, Виктор. Я на это не пойду.

Виктор встает и небрежно берет меня за локоть.

— Ты сделаешь все, что я тебе скажу, — говорит он.

Я киваю головой, словно глядя сквозь него, пытаясь не выйти из образа, но это становится все сложнее.

Я смогу, говорю я себе, и мое сердце громко стучит в груди.

Виктор не навредит мне. В любом случае. Я должна в это верить.