Читаем Убийство-2 полностью

— Я всего один день на этом посту, и вы уже объявляете меня некомпетентным?

— Вы обманули меня.

Бук уставился на нее в полном недоумении:

— Что вы сказали?

— Я знаю о письме.

— О каком письме?

— О письме службы безопасности в адрес Монберга, где его предупреждают, что первое убийство связано с терроризмом. Что это не бытовое преступление.

Карина, стоящая рядом, замотала головой:

— Я не видела никакого письма! А ведь я была личным секретарем Монберга!

— Да бросьте, — язвительно сказала Аггер. — У меня есть копия. С датой, печатью и подписью. Вам не удастся отсидеться за нашими спинами, Бук…

— Сколько раз вам повторять? Я ничего не слышал об этом письме.

Аггер смотрела на него с насмешкой:

— В таком случае все даже хуже! Прошу извинить, меня ждут журналисты. — Она на мгновение притронулась к его руке. — Не волнуйтесь, о последней подробности я им не расскажу. Оставим ее для внутреннего расследования, а оно будет, не сомневайтесь. Я вам обещаю.

Вновь оказавшись в гарнизоне Рювангена, среди военных, Лунд уже не чувствовала себя такой чужой, как в первый раз. Пропускной пункт они со Странге миновали без особых проблем и нашли Саида Биляля в гараже, где тот занимался ремонтом бронированного автомобиля.

— У вас найдется несколько минут? — спросил Странге.

— Полковник уехал на встречу, — сказал Биляль, не отрываясь от работы.

— Нам нужны вы, а не полковник.

При этих словах лейтенант Биляль замер, потом отложил в сторону гаечный ключ и выбрался из-под машины, стоящей на подъемнике. Привычно вытянувшись будто по стойке смирно, он смотрел на Странге, не на Лунд.

— Вы знакомы с Абделем Хуссейном Кодмани? — спросил Странге.

Биляль думал только миг, прежде чем произнес:

— Нет.

Странге вытащил из кармана свернутые трубкой листки.

— Тогда как получилось, что вы купили у него столько книг? Тринадцать штук только за последний месяц? Напомнить названия? «Аль-Джихад», «Радикальный ислам». Могу поспорить, что это не комиксы.

Биляль огляделся вокруг, убеждаясь, что их никто не слышит.

— Все эти книги я купил через Интернет. Понятия не имею, кто продавец. — (Странге молча наблюдал за ним.) — И никаких законов я не нарушил.

— Зачем вам такие книги? — спросила Лунд.

— Какое это имеет значение?

— Отвечайте на вопросы, — потребовал Странге. — Вы служите в армии. К чему вам эта мутная писанина?

Биляль метнул в него сердитый взгляд.

— Я хочу лучше узнать врага. И моим солдатам это тоже полезно.

Он двинулся к выходу из гаража. Полицейские пошли за ним.

— Вы же сами мусульманин, — сказал Странге.

— Ну и что? — Биляль и бровью не повел. — Мне приказали купить эти книги. Спросите полковника Ярнвига. За казенный счет.

Он остановился возле группы солдат у подъемных ворот. На полу лежали груды оружия, по большей части разобранного: тяжелые минометы, приборы ночного видения и многое другое, о назначении чего Лунд могла только догадываться. Биляль нагнулся, проверяя работу своих людей.

— У вас больше нет вопросов? Я занят.

Лунд приблизилась к нему, указала на его колено под камуфляжной формой. Там растекалось мокрое пятно. Красное.

— У вас кровь идет, — сказала она. — Где вы были вчера вечером?

— Здесь, ясно?

— Пока не очень, — ответила Лунд. — А вот если кто-нибудь подтвердит ваши слова, тогда все будет ясно и понятно.

— Мы улетаем на следующей неделе! — выпалил он. — А вы приходите и тратите наше время!

— Нам понадобится образец вашей крови для анализа, — сказала Лунд. — Вы согласитесь добровольно? Или мы пойдем длинным путем?

Впервые за всю беседу он проявил беспокойство.

— Только с разрешения полковника. И до его возвращения я не скажу больше ни слова.

Странге встал прямо перед ним, посмотрел в темные глаза.

— К полковнику Ярнвигу это не имеет никакого отношения. Речь идет только о вас.

Ей позвонили из Херстедвестера — мужу разрешили встречу с ней и адвокатом.

Они сидели в той же маленькой комнате с узким диваном под смятым покрывалом и слушали, как юрист зачитывал им то, что они и так уже знали: ничего нельзя сделать, пока не пройдет шесть месяцев.

— Делайте то, что вам говорят, — повторял адвокат. — Принимайте лекарства, соблюдайте все предписания.

— Он все так и делал, — сказала Луиза со вздохом.

— Если вчерашний инцидент повторится, то речь будет идти уже о годе или больше.

— Этого не повторится. — Йенс сжал ее ладонь, посмотрел на адвоката. — Обещаю. Я хочу домой. Я сделаю все, что от меня потребуется.

Ей казалось, что адвокату их дело давно наскучило: слишком много хлопот и слишком мало денег.

— Вы не оставите нас на минутку? Нам хотелось бы побыть вдвоем.

Когда он вышел, она повернулась к Йенсу, посмотрела в его ясные, умные глаза:

— Мне так жаль Мюга. Но ты нужен мне сейчас. И Йонасу. Давай не будем забывать…

— Как он?

— Все хорошо. Он снова хотел повидаться с тобой.

Рабен заулыбался. Он почти всегда выглядел как обычный, нормальный человек.

— Мы должны сосредоточиться, Йенс. Для нас самое важное — вытащить тебя отсюда. У нас шесть месяцев, нужно использовать их с толком. Может, поискать другого адвоката?