Читаем Убийства в стиле action полностью

– Упомянутую подругу зовут Максина Портер. Ее бывший муж, гангстер, находится под судом по полному набору обвинений в уклонении от уплаты налогов и в отмывании денег. Его ждет длительное заключение. Чуть больше года назад, месяца за три до своего ареста, он ушел от жены к женщине помоложе, поэтому брошенная жена охотно разыгрывает оскорбленную невинность и готова поговорить. По ее словам, Дэвид Нельсон появился на сцене где-то перед Рождеством 2001 года. Чад Скеггс ввел его в милый дружеский круг, который составляли практически все крупнейшие мельбурнские преступники. И Нельсон нашел себе нишу, торгуя марками.

– Замечательно, правда? – вставил Гленн Брэнсон. – Наши английские гангстеры режут и стреляют друг друга, тогда как австралийские меняются марками!

Все усмехнулись.

– Я так не думаю, – возразил Грейс. – За последнее десятилетие в Мельбурне произошло тридцать семь гангстерских перестрелок. Там, как и во многих других местах, существует довольно темная изнанка. – Фактически как в Брайтоне и Хоуве, мысленно добавил он и продолжал: – Так или иначе, Лоррейн… прошу прощения, Мэгги Нельсон… призналась своей лучшей подруге, что муж завел любовную интрижку и она не знает, что делать. В Австралии ей не нравилось, но она говорила, что в Англии они с супругом сожгли за собой все мосты и не могут вернуться. По-моему, существенно, что она имела в виду их обоих, а не того или другого.

– Когда это было, Рой? – спросила Эмма Джейн.

– Где-то между июнем 2004-го и апрелем 2005-го. Женщины явно часто общались, беседовали. У обеих мужья имели любовниц, между ними было много общего.

Грейс выпил еще кофе, посмотрел в записи.

– В июне 2005-го Мэгги Нельсон исчезла. Не явилась обедать с Максиной Портер в условленный день, а когда та позвонила, Дэвид Нельсон сказал, что жена его бросила. Собрала вещи и уехала в Англию.

– Вырисовывается картина, правда? – вставила Лиззи Мантл. – В Англии он говорил друзьям, что первая жена, Джоанна, уехала в Америку. Потом в Австралии рассказывал, что вторая уехала в Англию. И все ему верили!

– Но эта подруга не поверила, – заметил Грейс.

– Почему же не обратилась в полицию? – спросила Белла. – Наверняка что-то подозревала.

– Потому что люди ее круга в полицию не обращаются, – подсказала Лиззи Мантл.

– Правильно, – криво усмехнулся Грейс. – А в тамошнем преступном братстве мужское превосходство выражено еще ярче, чем в нашем. Сегодня Поттинг с Николлом снова с ней встретятся, она обещала составить полный список австралийских друзей и знакомых Нельсонов.

– Очень хорошо, – кивнула Белла, засовывая в рот конфетку. – Но если он занимался мошенничеством за границей…

– Знаю, – сказал Грейс. – Все равно можно обнаружить его излюбленные охотничьи угодья, тепленькие местечки…

– У меня есть кое-какие мысли по этому поводу, – вставил Гленн Брэнсон. – То есть у нас с Беллой.

– Давай выкладывай.

– В пятницу и в субботу мы довольно настойчиво допрашивали Скеггса, а вчера утром получили заявление Эбби Доусон в квартире ее матери в Истборне. Мы вернули ей марки, которые забрали из машины Скеггса. Сначала, конечно, сделали фотокопии, так что у нас есть свидетельство. Она также подписала бумагу о своем согласии предъявить марки, если понадобится, и не избавляться от них.

– Хорошая мысль, – одобрила инспектор Мантл.

– Спасибо. Но дело вот в чем. Нам с Беллой не показалось, что Эбби Доусон говорит правду. Мы слышим только то, что она хочет сказать. Меня не устраивает история о том, как ей достались марки. Она утверждает, что получила их по наследству от тетки из Сиднея, которую звали… – он пролистал блокнот, отыскивая нужную страницу, – Энн Дженнингс. Мы это сейчас проверяем. Хотя с показаниями Скеггса не сходится.

– Как нам известно, он человек принципиальный, всегда говорит чистую правду, – усмехнулся Грейс.

– Я бы ему доверил последнюю бумажку в пять фунтов, – ответил Гленн сарказмом на сарказм. – Возможно, если бы вел с ним дела, больше ничего не осталось бы. Настоящий поганец. Но я уверен, что тут просматривается связь с Ронни. – Гленн со значением посмотрел на присутствующих.

Грейс кивком попросил продолжать.

– Хьюго Хегарти уверен, что именно эти марки он покупал для Лоррейн Уилсон.

– Не настолько уверен, чтоб дать показания под присягой? – уточнила Лиззи Мантл.

– Не настолько, – подтвердил Гленн, – и тут возникнет попутная проблема. На некоторых одиночных марках есть почтовые штампы. Он не может поклясться, что именно их покупал в 2002 году для Лоррейн Уилсон, поскольку у него нет сведений о гашении. А может быть, просто связываться не желает.

– Почему? – поинтересовался Грейс.

– Все сделки совершались за наличные. Подозреваю, Хегарти не хочет высовывать над парапетом голову, привлекать к себе внимание налоговой службы вдобавок к полиции.

Грейс кивнул: разумно.

– А Скеггс чем свои претензии обосновывает?

– Бесится и орет, что Эбби Доусон марки украла, поэтому он похитил ее мать. Ничего больше не мог придумать, чтоб ее образумить, – объяснил Гленн.

– Не пробовал просто вежливо попросить их вернуть?

Гленн Брэнсон улыбнулся: