"Держу пари, у тебя никогда не было ни одной из наших женщин, да, щенок? Всё, с чем ты можешь справиться, это маленький человечек".

Прежде чем я успел ответить, Гэри схватил меня и поставил на колени. Его зубы сомкнулись на загривке, чтобы заставить меня подчиниться, когда Тревор снова бросился на меня. Из-за раненного плеча мои ноги подались под тяжестью их обоих, и я животом ударился о землю.

"Что ты теперь скажешь?"— Тревор злорадствовал, как будто он меня избил. Мой волк уже набирался сил, с целью заставить этих ублюдков пожалеть о том, что те сегодня ступили в лес.

Я завыл, когда один из них надавил на больное плечо.

"Ты даже не можешь драться со мной без своего напарника. Неудивительно, что Максвелл выгнал тебя из Бета-отбора".

"Ты высокомерный сукин сын. Я могу взять тебя в любое время и в любом месте", — прорычал Тревор.

Я улыбнулся, несмотря на боль.

"Нет, спасибо. Я предпочитаю девушек".

"Я знаю, что ты предпочитаешь, — Тревор глубоко вздохнул. — Ммм, а для человека она пахнет довольно хорошо. Может быть, когда я закончу здесь, я покажу ей настоящую..."

Рычание вырвалось из моего горла, и я оттолкнулся от земли, подпитываемый слепой яростью. Гэри отлетел назад, но мне было на него наплевать. Мой взгляд был прикован к Тревору, который вскочил на ноги и попятился.

В следующее мгновение он снова обратился, и я понял его намерение слишком поздно. Схватив одну из перчаток, он ухватился ею за конец серебряной цепочки в траве. Его лицо исказилось в уродливой усмешке, когда он взмахнул цепью над головой и выпустил её конец в меня.

Даже мой густой мех не мог защитить меня от чистого серебра, и я завыл, когда цепь обернулась вокруг моей шеи и впилась в кожу, как кислота. В глазах потемнело и на мгновение мои ноги угрожали подогнуться.

Он потянул за цепь, его мышцы выступали от усилия придушить меня и заставить подчиниться. Не обращая внимания на мучительную боль, я схватил цепь и дёрнул его к себе.

Мои зубы сомкнулись вокруг его запястья, и он закричал, когда кости хрустнули. Цепь ослабла, и я попытался сорвать её с шеи. Он натянул её так сильно, что она впилась в плоть, и я едва сдержал свой крик, когда высвободился от неё.

Я посмотрел на Тревора, который стоял на коленях, съежившись, как крыса. Мой волк хотел убить его за то, что он угрожал нашей паре, и я был близок к этому. Я приму любое наказание, которое Максвелл назначит мне за лишение жизни члена стаи, даже изгнание, чтобы защитить Эмму.

Острые зубы впились в мою заднюю лапу, так Гэри попытался оттащить меня от своего друга.

Я застонал от боли и обернулся назад в попытке схватить его за горло. Клыки впились в его горло, и он издал сдавленный звук, когда я потянул его и толкнул в Тревора, который пытался отползти. Человек и волк упали на землю, переплетая руки и ноги.

Я поднялся над ними во весь рост, изо рта у меня текла пена, боль и ярость выводили меня из себя. Тревор попытался высвободиться из объятий Гэри, но я схватил его за ногу и грубо притянул к себе. Я обхватил его горло и приподнял, так что он повис в воздухе, хватая ртом воздух.

— Роланд, нет!

Глава 17

РОЛАНД

Низкий голос Брендана звенел от доминирования, и моё тело задрожало в ответ. Но мой волк не подчинится, не в этот раз. Он хотел причинить боль тем, кто угрожал нашей паре.

Мои клыки сжались вокруг горла Тревора, и его лицо стало пятнисто-синим, а здоровая рука безвольно упала на бок.

Большое тело врезалось в моё, повалив нас всех на землю. Чьи-то руки вырвали Тревора из моей пасти, и кто-то другой оттащил его подальше от меня. Я ошеломлённо наблюдал, как Фрэнсис проверял пульс другого мужчины.

— Он жив.

Брендан по-прежнему крепко обхватывал меня руками. Даже в своей человеческой форме он был достаточно силён, чтобы удержать меня. Или, может быть, я устал бороться.

— Все кончено. Ты меня слышишь? — прорычал он мне в ухо. — Дальше мы с Фрэнсисом сами разберёмся.

Я мог только тяжело дышать от напряжения и боли.

— Роланд, ты слышишь меня? — спросил Брендан.

"Да".

Он отпустил меня и поднялся на ноги. Я остался на земле, боясь, что сделаю что-нибудь с Тревором и Гэри, если пошевелюсь.

Брендан сел на корточки и изучил кровавые, кровоточащие раны на моей шее. Он начал оглядываться по сторонам, пока не увидел серебряную цепь, лежавшую в нескольких футах от него. Его глаза сузились, а зрачки расширились, а радужка стала чёрной.

Его взгляд метнулся к Тревору, который был обнажён, если не считать проклятой кожаной перчатки на его руке. Вот и всё, что потребовалось Брендану, чтобы понять, что здесь произошло. В других объяснениях не было нужды.

Фрэнсис подошёл ко мне, его рот был сжат в мрачную линию.

— Насколько сильно ты ранен?