Читаем У рифа Армагеддон полностью

Чарису потребовались столетия терпеливых усилий, чтобы достичь своего нынешнего положения, но сегодня он был бесспорным хозяином океанов Сэйфхолда. Его торговый флот был самым большим на всей планете, с очень значительным отрывом. Его военно-морской флот был, по крайней мере, равен флотам любых двух его потенциальных соперников, и его богатство отражало это. И все же, несмотря на все это, Чарис не принадлежал к высшему разряду великих держав Сэйфхолда. Во многих отношениях он находился на пороге перехода к этому статусу, но в настоящее время он определенно не был в той же лиге, что густонаселенная империя Харчонг, или республика Сиддармарк, или Деснейрская империя. Или, конечно, земли Храма.

К счастью для Чариса, ни одна из этих великих держав, за возможным исключением деснейрцев, не имела каких-либо обширных военно-морских традиций или, если уж на то пошло, амбиций. К несчастью для Чариса, Лига Корисанды, расположенная к востоку от Эмерэлда и Силверлоуда, и постепенно объединяющиеся корсарские корольки Треллхейма, находившегося еще дальше на восток, несомненно, имели таковые. Если уж на то пошло, то же самое произошло и с королевством Чисхолм, которое доминировало на несколько большем одноименном континенте, не говоря уже о королевстве Долар или королевстве Таро. Последнее с давних времен могло быть официальным союзником Чариса, но его нынешний монарх был возмущен этим соглашением. Не без какой-то причины, поскольку он оказался фактически вассалом-данником Хааралда.

О, да. Было много людей, у которых были свои причины обижаться, завидовать, ненавидеть или бояться Чариса. В том числе, к сожалению, и Церковь.

Мерлин нахмурился при этой мысли, невидяще наблюдая за оживленной гаванью, пока он размышлял об этом. Он по-прежнему не мог или, по крайней мере, не хотел рисковать, устанавливая подслушивающие устройства своих снарков на территории Храма. Было просто слишком опасно, что эти неопознанные им источники энергии могут подключиться к чему-то, что он действительно, действительно не хотел беспокоить. Но это означало, что единственные встречи, на которые он больше всего хотел попасть - встречи совета викариев, эквивалента коллегии кардиналов в Церкви Ожидания Господнего - были вне его досягаемости. Он мог действовать немного свободнее в Зионе, дальше от Храма, но это было не то же самое, потому что практически все викарии жили в самом Храме, в огромных комфортабельных апартаментах, которые были частью структуры первоначального здания.

Младшие прелаты, такие как "собственный" архиепископ Чариса Эрейк Диннис, имели роскошные квартиры в других частях города, и Мерлин мог подслушивать их разговоры в ресторанах, кофейнях, игорных заведениях и укромных публичных домах, где велась большая часть их бизнеса. Он хорошо осознавал преимущества, которые это давало ему, но это также делало отсутствие доступа внутрь Храма еще более раздражающим.

Однако из того, что он смог разобрать, было очевидно, что Церковь питала давние подозрения в отношении Чариса, и иногда он подозревал, что все еще сохранились смутные воспоминания о первоначальном спонсорстве Шан-вей по отношению к Теллесбергу. Так это было или нет, но удаленности королевства от Храма и Зиона, вероятно, было бы достаточно, чтобы заставить Церковь опасаться его доктринальной надежности, а местное духовенство привыкло к своего рода мягкому пренебрежению. Когда Храму требовалось два месяца, чтобы отправить сообщение в Теллесберг и получить ответ, совет викариев просто не мог держать местную церковь под таким жестким контролем, как духовенство Хэйвена и Ховарда.

Из того, что Мерлин смог выяснить, опасения чарисийской ереси были необоснованными, но чарисийцы все чаще, хотя и тихо, критиковали вопиющие злоупотребления власти викариев. Никто не собирался быть настолько глупым, чтобы говорить это открыто: в конце концов, инквизиция действовала и тут, из-за чего даже Мерлину было трудно судить, какое негодование таилось под поверхностью. Но этого было достаточно, чтобы вызвать по крайней мере некоторую мягкую критику со стороны собственного духовенства Церкви здесь, в королевстве, что, вероятно, действительно было равносильно "ереси" в глазах викариев, - признал Мерлин. - И было очевидно, что неуклонно растущее богатство королевства и международный престиж были еще одним фактором немилости, с которой Мать-Церковь относилась к Чарису.

Но в то время как было много людей, готовых негодовать или завидовать Чарису, было относительно немного таких, которые испытывали какое-либо особое желание помочь королевству, за вероятным исключением Грейгора Стонара, лорда-протектора Сиддармарка - фактически, выборного диктатора республики. А у Сиддармарка, к сожалению, несмотря на заслуженную репутацию его вооруженной пиками несравненной пехоты, не было флота, кроме чисто береговой обороны, которую даже Нарман из Эмерэлда мог бы легко победить в одиночку.