Читаем У-3 полностью

Когда Констанца и Авг. Хеллот после многолетних супружеских трудов наконец, стоя над колыбелькой, могли смотреть на выношенного мальчугана, долгожданного первенца, они, конечно же, как и родители Вергилия, не помышляли о том, что на семейном древе вырастет лавровая ветвь. Но в одном они не сомневались и были вполне согласны. Мальчик будет носить простое короткое норвежское имя, это уж точно. Обойдемся без длинных мудреных жеманных имен, которых все равно никто не употребляет, сразу же заменяя их не менее дурацким ласкательным прозвищем. Всякие там Киккан, или Дутте, или Лассе, или Бассе, или Малыш, или Ба, или Лёлле исключаются. Простое короткое имя. И накакого сюсюканья. Просто и демократично. Назовем его Алф, проще и короче не придумаешь. Алф — записали при регистрации. Алф — возгласил крестивший его священник, однако сами Констанца и Авг. Хеллот сразу стали называть золотенького Алфиком, так и пристало к нему это прозвище.

Китти — прямо противоположный случай. Имя, данное ей при крещении, было таким длинным и недемократичным, что никак не вязалось с крохотным человечком. Эмеренсе Христенсе, а то и еще похуже. Точно никто не знал и не знает, сама же она отзывалась только на «Китти».

Как бы то ни было, сейчас в клубе города Ловра Китти танцевала танго под звуки аккордеона, гитары и контрабаса. Одетая в брюки, танцевала одна, без партнера, в самом центре зала, весело напевая рефрен к «Адьос мучачос».

Однако тут она заметила, что на улице явно происходит нечто драматическое, перед чем меркнет праздник в танцевальном зале. Зрители, подпиравшие стены, уже вышли из клуба, танцующие пары одна за другой следовали их примеру, и вряд ли это бегство надлежало приписать устрашающему действию сольного выступления Китти.

Она довела свой номер до конца. Трое на эстраде — тоже, хотя едва не вывихнули шеи, пытаясь высмотреть, в чем дело. Теперь они поспешили к окну; контрабасист положил свой инструмент на пол, его товарищи не стали рассупониваться. Китти направилась к дверям и вышла на крыльцо. Увидела полицейскую машину в окружении плотного кольца зрителей. А в центре кольца — двух полицейских и задержанного ими парня.

Китти спустилась по ступенькам, паря в теплом вечернем воздухе на крыльях своего недолговечного, но не ведающего страха женского обаяния. Стала протискиваться сквозь толпу и увидела перед открытой дверью «воронка» Алфика Хеллота, прекрасного принца, — на каждой руке висит по полицейскому, а он стоит как вкопанный, не желая двинуться ни вперед, ни назад. Публика не скупилась на ободряющие возгласы, обращенные то к блюстителям порядка, то к правонарушителю. Что до меня, то я предпочел держаться в тени, сам изрядно растерялся, если правду говорить. Я ведь чисто случайно проезжал мимо на видавшем виды мотоцикле марки «темпо», который совсем недавно купил с рук и по поводу которого вел пространные переговоры с полицией, не одобрявшей применение карбидного фонаря. Карбидный фонарь! На месте передней фары! Все ясно, не стану больше распространяться. Я давно уже не такой спорщик, как прежде, ну а в ту минуту, не видя, чем я могу быть полезен Алфику, я больше всего хотел вскочить на свой мотороллер с карбидным фонарем и укатить восвояси, авось обойдется. Но тут я заметил Китти.

Стоя в гуще публики, она смотрела на действующих лиц. Алфик по-прежнему не трогался с места. Наверно, Китти посчитала ситуацию экзистенциальной. Требующей от нее действия, участия и полной отдачи. Нужны были решительные меры. И Китти произнесла имя Алфика, крикнула над толпой:

— Алфик, кончай эту волынку!

Рыжая голова Алфа Хеллота медленно повернулась. Его глаза встретили взгляд Китти. Он привык видеть в ней проповедницу хаоса, искушающую человека экзистенцией, эссенцией, ликером и прочими опасными соблазнами. Да и сам Алфик допускал хаос как исходное состояние. Но чтобы этот хаос был упорядоченным, как в армии. Тогда — пожалуйста.

— Слышишь? Брось ребячиться! — Этот маловразумительный призыв исходил от той же Китти. — Брось ребячиться. Что ты там воображаешь о себе?

Да, что там Алфик воображал о себе? Китти пристально смотрела на него. И Алфик смотрел на нее, не очень понимая, что она хочет сказать, не зная, что он воображает о себе. Сделать попытку? Он оттолкнулся от упругого трамплина. Но не нырнул в пустой бассейн, а отказался от попытки, вернулся по доске на вышку, спустился по лестнице вниз. Стряхнув с себя блюстителей порядка, Алфик Хеллот добровольно занял место в «воронке». Один полицейский последовал за ним, другой прошел вперед и сел за руль. Машина тронулась и набрала скорость. Стоя на месте, Китти смотрела, как лицо Алфика становится все меньше, вот уже видно лишь белое пятнышко за решеткой в заднем окне.