Читаем Ты можешь сам! полностью

«Я бы сделал то же. Для подростка “может быть“ означает “вперед!”».

— Мэй, я мог бы сказать тебе то же. Каждый раз, когда тебе что-то от нас нужно, ты требуешь, чтобы мы сделали это немедленно. Мы с твоей мамой тоже не сидим сложа руки и не говорим тебе, что не можем помочь, потому что идет наше любимое телешоу. Мы тоже работаем и тоже просим о чем-то других людей, но мы понимаем, что, когда люди говорят «может быть», это не значит «да». И даже когда они говорят «да», это не всегда означает, что они смогут сразу же довести дело до конца. Я не говорю, что люди не должны отвечать за свои слова, но нельзя слетать с катушек, когда все идет не так, как планировалось.

«Родители должны помнить, что именно они сказали. Они могут бросить какую-то фразу, и ребенок поймет ее по-своему. Но во многих случаях ребенок точно помнит их слова. Тут еще важно, что дети, которые неверно понимают слова родителей, со временем теряют доверие, когда всплывает настоящий смысл родительских слов. Тогда ребенку кажется, что родители отказались от обещания».

— Мэй, послушай, что я говорю. Дело не в том, что у тебя нет причин расстраиваться. Дело в том, что сходить с ума подобным образом — непродуктивный ответ. И тебе нужно понять, что «может быть» — это не обещание. Я говорил, какой сложной будет эта неделя, и, похоже, то, что я сказал, влетело в одно твое ухо и вылетело из другого. В любом случае ты говоришь об уважении, но я думаю, что мы с твоей матерью реалистичны, а не вводим в заблуждение. Я обещаю, что мы найдем время, как только сможем, чтобы помочь тебе найти машину, но ты должна уважать планы других людей и научиться быть более гибкой. Это часть жизни в этой семье, в любой семье.

«Для подростка любое “может быть” — это “да”. У многих бывает такая реакция, но это не значит, что она правильная».