Я же постараюсь, дорогой читатель, показать Тухачевского во всей сложности и противоречивости его необыкновенной натуры. Мой герой не был бездушной машиной, но и излишней рефлексией не страдал. Знал крупные победы и не менее крупные поражения. Храбро держал себя под неприятельскими пулями, но смалодушничал перед лицом скорого и неправого суда. Стяжал славу выдающегося полководца и не менее выдающегося карателя. Не верил и верил в Бога, как верил и не верил в большевизм и мировую пролетарскую революцию. Любил общество музыкантов, артистов, композиторов, сам делал скрипки и играл на них, и одновременно с увлечением разрабатывал планы газовых атак против восставших от голода и безысходности тамбовских крестьян. Полюбишь ли ты, читатель, Тухачевского, или проклянешь его, когда закроешь эту книгу? Не знаю. Надеюсь лишь, что ты сможешь больше узнать об одном из самых ярких персонажей трагической истории России XX века.

В заключение этого несколько затянувшегося предисловия хочу принести свою искреннюю благодарность П. А. Аптекарю и А. В. Мартынову за предоставленные материалы и ценные советы в процессе работы над книгой.

Глава первая

Детство и юность

Михаил Тухачевский родился 4/16 февраля 1893 года в помещичьем имении Александровское Дорогобужского уезда Смоленской губернии — 200 десятин заложенной-перезаложенной, не слишком плодородной земли. Тухачевские были сильно обедневшими дворянами, с трудом сводившими концы с концами. Мать Тухачевского, Мавра Петровна Милохова (другой вариант написания фамилии — Милехова), сама была из крестьян села Княжино. Отец ее от бедности вынужден был отдать одну из пяти дочерей в услужение помещице-вдове Софье Валентиновне Тухачевской. В Мавру влюбился сын вдовы, Николай Николаевич, к тому времени — единственный оставшийся в живых мужчина в древнем роду. От брака дворянина и крестьянки родился будущий маршал. Михаил был третьим ребенком в семье. Ранее, в 1890 году, появился на свет его старший брат Николай, а в 1892 году — старшая сестра Надежда. Позднее, в 1895 году родился младший из братьев, Александр, а позднее — младшие сестры Мария, Софья, Елизавета, Ольга и младший брат Игорь.

Происхождение рода Тухачевских окутано легендами в не меньшей степени, чем его трагический конец. В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона о Тухачевских говорится следующее: «Дворянский род, происходящий, по сказаниям старинных родословцев, от выехавшего в Чернигов из цесарской земли при вел. кн. Мстиславе Владимировиче графа Индриса, в крещении Константина. Его потомки в XV в. переселились из Чернигова в Москву и приняли фамилию Тухачевские. В XVI и XVII в. Тухачевские служили по Брянску, а во второй половине XVII в. были стольниками, стряпчими и т. п. Николай Сергеевич (1764–1832) был тульским губернатором, его сын Николай Николаевич — наказным атаманом донского казачьего войска (1846). Род Тухачевских внесен в VI часть родословной книги Московской губернии».

К этой довольно скупой справке можно добавить, что, по семейным преданиям, легендарный основоположник рода Тухачевских граф Индрис был венгерского происхождения. Любопытно, что эта легендарная личность считалась родоначальником не только Тухачевских, но и еще трех русских дворянских фамилий, в том числе такой знаменитой, как Толстые, давшей России и миру трех великих писателей — Алексея Константиновича, Льва Николаевича и Алексея Николаевича. В том же «Брокгаузе и Ефроне» о Толстых читаем: «Графский и дворянский род, происходящий, по сказаниям старинных родословцев, от мужа честна Индриса, выехавшего, "из немец", из цесарской земли, в Чернигов в 1353 г., с двумя сыновьями и дружиною из трех тысяч человек; он крестился, получил имя Леонтия и был родоначальником нескольких дворянских фамилий. Его правнук, Андрей Харитонович, переселился из Чернигова в Москву и, получив от вел. кн. Василия Темного прозвище Толстой, стал родоначальником Т.». Заманчиво предположить, что граф Индрис обладал литературными способностями, передавшимися его потомкам. Тухачевский, конечно, не Толстой, однако его приказы, выступления и статьи отличаются определенным, присущим только ему стилем и написаны хорошим русским языком, что, в частности, способствовало их популярности как среди военной, так и среди гражданской публики.