Читаем Цыган полностью

Залп новый паузу прервал,Экран, погаснув, запылал.– Решили, значит, штурмовать.– Прямою бьют, едрена мать!– А это явный перелет.– У церкви ржет, кого-то ждет…Казак прошелся по усам:– А где же сам? А где же сам?Когда он вспомнил про коня,Метнулась тень из куреня.– Ты хоть при ней бы помолчал,– Да, это я промашку дал…И он с потерянным лицомВскочил и вышел на крыльцо.На гладь Москвы-реки отсветыБросал горящий Дом Советов.И рать влюбленных в «Мальборо»Вела свое политбюро:– Да, исторический момент…– Не спасовал бы президент…– Он не такой, чтоб делать ноги…– Ну, это был бы крах для многих.– Опять Лубянка и Гулаг?– Ты сам себе наводишь страх. —Но претендует и другой…– Сей туз теперь не козырной.Казак давно уже вернулсяС крыльца с хозяйкой куреняИ вновь в полемику втянулся:– Вот это речи про меня.Я тоже прямо из ГулагаДошел до Бранбургских воротИ был под строгою присягой,Но не обижен на народ.Достав расческу из-за уха,Он сам не ждал, что допоет:– Конь боевой с походным вьюкомУ церкви ржет, кого-то ждет.Вдруг расхрабрился казачина,Не смог и дальше он молчать:– Не только мужа или сына,Дождетесь, бабы, и внучат.А те, которые плюют,Еще со временем поймут,Конечно, если сторонойНе захлестнет и их волной.И глянул в угол в курене,Где, отражаясь на стене,Тень продолжала трепетать —Опять прямой – едрена мать…

30

Так и не поняли зеваки,Смеясь над страхами девчат,Что, рассуждая вслух о драке,Со всей страною говорят.И что она, пока смотрелаНа тот малиновый наряд,В который их Москва одела,Уже не только их презрела,Но и со вздохом пожалелаНе за наряд, а просто так,Коль неизбежно час пробьет,Когда дойдет не до острот,Как и не поняли обмана,Надев малиновый наряд,Что не с чужою, а с экранаС своей судьбою говорят.И вряд ли в этом кинозалеИх ждет в жестоком сериалеЗаблаговременный конецС заветным гимном под венец.Не знал и парень тот кудрявый,Перепоясанный гитарой,При каждой вспышке: «Браво! Браво!» —Кричавший громко не за страх,Какой увенчан будет славойНа пленке снайпером кровавым,Качнувшись с песней ОкуджавыНа зацелованных устах.Тотчас к нему на быстрых шинахПодкатит темная машинаИ в ров с другими заодноСвезет и свалит, как бревно.По всей стране за горизонтКатиться будет яркий зонт,И будет чудиться, как стон,Колоколов венчальный звон.

31

Перейти на страницу:

Все книги серии Русская литература. Большие книги

Москва – Петушки. С комментариями Эдуарда Власова
Москва – Петушки. С комментариями Эдуарда Власова

Венедикт Ерофеев – явление в русской литературе яркое и неоднозначное. Его знаменитая поэма «Москва—Петушки», написанная еще в 1970 году, – своего рода философская притча, произведение вне времени, ведь Ерофеев создал в книге свой мир, свою вселенную, в центре которой – «человек, как место встречи всех планов бытия». Впервые появившаяся на страницах журнала «Трезвость и культура» в 1988 году, поэма «Москва – Петушки» стала подлинным откровением для читателей и позднее была переведена на множество языков мира.В настоящем издании этот шедевр Ерофеева публикуется в сопровождении подробных комментариев Эдуарда Власова, которые, как и саму поэму, можно по праву назвать «энциклопедией советской жизни». Опубликованные впервые в 1998 году, комментарии Э. Ю. Власова с тех пор уже неоднократно переиздавались. В них читатели найдут не только пояснения многих реалий советского прошлого, но и расшифровки намеков, аллюзий и реминисценций, которыми наполнена поэма «Москва—Петушки».

Эдуард Власов , Венедикт Васильевич Ерофеев , Венедикт Ерофеев

Проза / Классическая проза ХX века / Контркультура / Русская классическая проза / Современная проза
Москва слезам не верит: сборник
Москва слезам не верит: сборник

По сценариям Валентина Константиновича Черных (1935–2012) снято множество фильмов, вошедших в золотой фонд российского кино: «Москва слезам не верит» (премия «Оскар»-1981), «Выйти замуж за капитана», «Женщин обижать не рекомендуется», «Культпоход в театр», «Свои». Лучшие режиссеры страны (Владимир Меньшов, Виталий Мельников, Валерий Рубинчик, Дмитрий Месхиев) сотрудничали с этим замечательным автором. Творчество В.К.Черных многогранно и разнообразно, он всегда внимателен к приметам времени, идет ли речь о войне или брежневском застое, о перестройке или реалиях девяностых. Однако особенно популярными стали фильмы, посвященные женщинам: тому, как они ищут свою любовь, борются с судьбой, стремятся завоевать достойное место в жизни. А из романа «Москва слезам не верит», созданного В.К.Черных на основе собственного сценария, читатель узнает о героинях знаменитой киноленты немало нового и неожиданного!_____________________________Содержание:Москва слезам не верит.Женщин обижать не рекумендуетсяМеценатСобственное мнениеВыйти замуж за капитанаХрабрый портнойНезаконченные воспоминания о детстве шофера междугороднего автобуса_____________________________

Валентин Константинович Черных

Советская классическая проза
Господа офицеры
Господа офицеры

Роман-эпопея «Господа офицеры» («Были и небыли») занимает особое место в творчестве Бориса Васильева, который и сам был из потомственной офицерской семьи и не раз подчеркивал, что его предки всегда воевали. Действие романа разворачивается в 1870-е годы в России и на Балканах. В центре повествования – жизнь большой дворянской семьи Олексиных. Судьба главных героев тесно переплетается с грандиозными событиями прошлого. Сохраняя честь, совесть и достоинство, Олексины проходят сквозь суровые испытания, их ждет гибель друзей и близких, утрата иллюзий и поиск правды… Творчество Бориса Васильева признано классикой русской литературы, его книги переведены на многие языки, по произведениям Васильева сняты известные и любимые многими поколениями фильмы: «Офицеры», «А зори здесь тихие», «Не стреляйте в белых лебедей», «Завтра была война» и др.

Сергей Иванович Зверев , Андрей Ильин , Борис Львович Васильев , Константин Юрин

Исторический детектив / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Место
Место

В настоящем издании представлен роман Фридриха Горенштейна «Место» – произведение, величайшее по масштабу и силе таланта, но долгое время незаслуженно остававшееся без читательского внимания, как, впрочем, и другие повести и романы Горенштейна. Писатель и киносценарист («Солярис», «Раба любви»), чье творчество без преувеличения можно назвать одним из вершинных явлений в прозе ХХ века, Горенштейн эмигрировал в 1980 году из СССР, будучи автором одной-единственной публикации – рассказа «Дом с башенкой». При этом его друзья, такие как Андрей Тарковский, Андрей Кончаловский, Юрий Трифонов, Василий Аксенов, Фазиль Искандер, Лазарь Лазарев, Борис Хазанов и Бенедикт Сарнов, были убеждены в гениальности писателя, о чем упоминал, в частности, Андрей Тарковский в своем дневнике.Современного искушенного читателя не удивишь волнующими поворотами сюжета и драматичностью описываемых событий (хотя и это в романе есть), но предлагаемый Горенштейном сплав быта, идеологии и психологии, советская история в ее социальном и метафизическом аспектах, сокровенные переживания героя в сочетании с ужасами народной стихии и мудрыми размышлениями о природе человека позволяют отнести «Место» к лучшим романам русской литературы. Герой Горенштейна, молодой человек пятидесятых годов Гоша Цвибышев, во многом близок героям Достоевского – «подпольному человеку», Аркадию Долгорукому из «Подростка», Раскольникову… Мечтающий о достойной жизни, но не имеющий даже койко-места в общежитии, Цвибышев пытается самоутверждаться и бунтовать – и, кажется, после ХХ съезда и реабилитации погибшего отца такая возможность для него открывается…

Фридрих Наумович Горенштейн , Александр Геннадьевич Науменко , Леонид Александрович Машинский , Майя Петровна Никулина , Фридрих Горенштейн

Проза / Классическая проза ХX века / Самиздат, сетевая литература / Современная проза / Саморазвитие / личностный рост
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже