Читаем Цветы Персефоны полностью

Я осознал, что это была ошибка, как только разомкнулись петли крышки шкатулки. Но было слишком поздно. Что сделано, то сделано, и пути назад не было.

За исключением Уитакера, который все еще спал своим наркотическим сном в одной из палаток, и доктора Роскаповой, которая все еще не полностью оправилась от солнечного удара и вызвалась присмотреть за ним, остальные члены команды находились в палатке, используемой в качестве технической лаборатории во время раскопок.

Что я могу сказать? У меня нет слов.

Как только мы открыли шкатулку, земля начала содрогаться; она сотрясалась с жалобным стоном. Мензурки и пипетки падали на землю, разбивались вдребезги, мир вокруг сотрясался от первобытной ярости из глубин, как будто мы оскорбили Пангею.

В этом регионе Греции частенько случаются легкие землетрясения, а иногда и довольно мощные, но я не могу отделаться от мысли, что это было не совпадение. За землетрясением, которое длилось всего несколько секунд, пришел сильный холод, который мгновенно заключил нас в студеные узы, леденящие наши сердца. Холод, который, казалось, отнял все тепло. И этому не было объяснения. В порыве паники я выскочил из палатки. Удушающая жара снаружи привела меня в ужас. Чудовищный контраст температур вызвал у меня неудержимую тошноту. Это физически невозможная ситуация, она не может быть реальной.

Но это еще не все.

То, что предстало вскоре перед моими глазами, было шокирующим. Толчки, должно быть, вызвали камнепад с вершины горы. Палатка, в которой были Уитакер и доктор Роскапова, исчезла. Лавина камней снесла ее.

Опомнившись, мы бросились им на помощь. Мы сообщили службам спасения, пожарной бригаде, полиции и больнице. Прошло много времени, прежде чем они прибыли. Уитакера доставили в город с переломом ноги и несколькими травмами различной степени тяжести. Он ничего не помнит о произошедшем. А доктор Роскапова…

Она мертва. И я чувствую свою вину за это. Мое тщеславие, питаемое наукой, упустило из виду тот факт, что не все в этом мире так логично и рационально, как я думал. Я читаю свои слова и не верю им. Почему я пишу это? Что еще я могу сделать, если в полиции Фив отрицают, что в этом районе было землетрясение, и предполагают, что оползень произошел по роковому стечению обстоятельств, как следствие эрозии и дождей последних нескольких дней.