Читаем Цветные клубочки полностью

Цветные клубочки

В книжке «Цветные клубочки» всё, как у бабушки в деревне: во дворе затеяли спор несмышлёные козлята, в старой галоше спрятался кто-то страшный, а на птичьем дворе переполох — перепутались все дети! Ребенку непременно захочется узнать, что еще происходит в деревне, и он скорее научится читать.

Любовь Владимировна Еремина

Сказки народов мира18+

Любовь Еремина

ЦВЕТНЫЕ КЛУБОЧКИ

Сборник сказок


РАДУГА

Решила кошка носочки связать. Котята увидели клубочки и давай спорить:

— Я хочу носочки жёлтого цвета, как солнышко! — сказал один и потянул за жёлтую нитку.

— Тогда мои будут оранжево-зелёные, как апельсин! — сразу за две нитки стал тащить второй.

— А почему это у тебя два цвета, а у меня один? — возмутился первый и потянул за голубую нитку.

Так все ниточки и перепутали.

— Я вам полосатые носочки свяжу, как радуга! — разрешила спор мама.



ГАЛОША

Однажды щенок нашёл под крыльцом старую галошу, заглянул в неё и вдруг как отпрыгнет!

— Мама, там внутри страшилище! У него глаза светятся.

Мама взяла галошу, потрясла, и из неё показался испуганный сверчок.

— Ой, какой маленький! — удивился щенок. — Не бойся! Я — сторожевой пёс и теперь буду охранять твой дом.



ПОМОЩНИК

У мамы-пони есть тележка, в ней она отвозит румяные яблоки на фруктовый рынок.

У папы-пони тележка побольше. Он отвозит большие спелые тыквы на овощной рынок.

— Я тоже хочу быть помощником! — сказал однажды малыш-пони маме с папой. Тогда они подарили ему маленькую тележку. И теперь малыш-пони отвозит красивые букеты на цветочный рынок.



ПРЯТКИ!

На лугу с сочной душистой травой мама-корова собирала букет ромашек: «Раз — ромашка, два — ромашка…» А малыш-телёнок и кузнечик прятки затеяли. Кузнечик прыг за куст — телёнок за ним. Как весело! Кузнечик прыг через ручеёк, прыг через овражек — малыш-телёнок не отстаёт.

…Ой, потерялся!..

Заплакал телёнок и стал маму звать:

— Ма-ма!

— Му-у-у! — отозвалась мама.



ТОРТИК

Решила мама-крольчиха к ужину испечь морковный тортик. Прибежали крольчата. Один помог маме тесто месить, другой — крем взбивать, третий — морковками украшать.

Славный тортик получился! Вот только крольчата все перепачкались в муке и креме так, что и не узнать.

— Надо же! — воскликнул папа, когда зашёл на кухню. — У нас сегодня на ужин не один, а целых четыре тортика!

— Это же мы, папа! — бросились навстречу крольчата.



САМЫЕ БОЛЬШИЕ РОЖКИ

— Когда у меня отрастут рожки, я достану самое вкусное яблоко с верхушки самой высокой яблони! — решил один козлёнок.

— А когда отрастут мой рожки, я забодаю самого злого волка! — ответил ему козлёнок-брат.

Мама-коза услышала, как дети спорят, засмеялась и говорит:

— У кого самые большие рожки, тот идёт полоть огород!

— Мама, но они у нас пока ещё совсем маленькие! — передумали находчивые козлята.



ДЕТИШКИ

Бабушка-индюшка несла в лукошке зёрнышки и нечаянно просыпала. Тут набежали малыши: цыплята, утята, гусята и стали зёрнышки собирать.

— Что же делать?! — заволновалась бабушка-индюшка. — Все детишки жёлтые! Как же теперь понять, кто чей ребёнок?

Тут вышли со двора курица, утка и гусыня. Все детишки к мамам побежали.

— Ну вот, сами и разобрались, — вздохнула индюшка.



ЧЕРНАЯ ТУЧКА

У мамы-овечки родился один чёрный ягнёнок. Все ягнята белые, как облачка, а чёрного так и назвали — Угольком.

— Ты — чёрная тучка! — дразнили его братья-задиры.

Обиделся Уголёк, заплакал.

— Смотрите, дождливая чёрная тучка! — смеялись белые ягнята.

— Мамочка, почему я похож на чёрную тучку, а не на белое облачко?

— Сыночек, чёрные тучки тоже очень нужны! Без дождика не вырастет сочный клевер на лугу, — утешала мама-овечка.



ЛУЖА-ОБЖОРА

Малыш-поросёнок выбежал на улицу после дождя.

— Ух, какая чудесная лужа! — воскликнул он радостно и прыгнул всеми четырьмя ножками — плюх!

«Чав-чав-чав», — сказала лужа, засасывая копытца малыша в грязь.

— Мама, лужа хотела съесть меня! — жаловался на грязь чумазый сынок, пока мама-хрюша отмывала его в тазике с мыльной пеной.

— Ничего, завтра выйдет жаркое солнышко и высушит лужу-обжору, — сказала с улыбкой мама.



Все книги серии Я уже большой

Похожие книги

На пути
На пути

«Католичество остается осью западной истории… — писал Н. Бердяев. — Оно вынесло все испытания: и Возрождение, и Реформацию, и все еретические и сектантские движения, и все революции… Даже неверующие должны признать, что в этой исключительной силе католичества скрывается какая-то тайна, рационально необъяснимая». Приблизиться к этой тайне попытался французский писатель Ж. К. Гюисманс (1848–1907) во второй части своей знаменитой трилогии — романе «На пути» (1895). Книга, ставшая своеобразной эстетической апологией католицизма, относится к «религиозному» периоду в творчестве автора и является до известной степени произведением автобиографическим — впрочем, как и первая ее часть (роман «Без дна» — Энигма, 2006). В романе нашли отражение духовные искания писателя, разочаровавшегося в профанном оккультизме конца XIX в. и мучительно пытающегося обрести себя на стезе канонического католицизма. Однако и на этом, казалось бы, бесконечно далеком от прежнего, «сатанинского», пути воцерковления отчаявшийся герой убеждается, сколь глубока пропасть, разделяющая аскетическое, устремленное к небесам средневековое христианство и приспособившуюся к мирскому позитивизму и рационализму современную Римско-католическую Церковь с ее меркантильным, предавшим апостольские заветы клиром.Художественная ткань романа весьма сложна: тут и экскурсы в историю монашеских орденов с их уставами и сложными иерархическими отношениями, и многочисленные скрытые и явные цитаты из трудов Отцов Церкви и средневековых хронистов, и размышления о католической литургике и религиозном символизме, и скрупулезный анализ церковной музыки, живописи и архитектуры. Представленная в романе широкая панорама христианской мистики и различных, часто противоречивых религиозных течений потребовала обстоятельной вступительной статьи и детальных комментариев, при составлении которых редакция решила не ограничиваться сухими лапидарными сведениями о тех или иных исторических лицах, а отдать предпочтение миниатюрным, подчас почти художественным агиографическим статьям. В приложении представлены фрагменты из работ св. Хуана де ла Крус, подчеркивающими мистический акцент романа.«"На пути" — самая интересная книга Гюисманса… — отмечал Н. Бердяев. — Никто еще не проникал так в литургические красоты католичества, не истолковывал так готики. Одно это делает Гюисманса большим писателем».

Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк , Антон Павлович Чехов , Жорис-Карл Гюисманс

Сказки народов мира / Проза / Классическая проза / Русская классическая проза